10
0Если тебе интересно, здесь фотографии Максима, а это диски с домашним видео. На том, что под номером один, его детские годы от рождения до восьми лет, а на втором — с восьми и далее. Мне их смонтировали профессионалы, перекинув все со старых пленок и записей, и каждый эпизод отмечен поясняющей страницей, что за событие снято. Хочешь, посмотри. А я поеду.
— Нет! — приказным, жестким тоном ответил он, словно хлестнул.
Меня аж передернуло от его голоса, и я потянулась за дисками и альбомом убрать их обратно в сумку, не сводя с него взгляда и чувствуя острую, кольнувшую боль в груди от этого его решения!
— «Нет» относится к тому, что ты никуда не поедешь, — строго объяснил он свой отказ, заметив мои движения и эмоции, отразившиеся на моем лице: — Я тебя никуда не пущу в таком состоянии.
И двинулся ко мне, подхватил под руку, помогая встать:
— Идем. Я провожу тебя в гостевую комнату. Там поспишь. Столько, сколько понадобится для твоего нормального отдыха.
— Столько мне нельзя, — не сопротивляясь, шла я вместе с ним. — Мне в больницу надо.
— Твое присутствие там уже ни на что повлиять не сможет. А Максим, как я понял, под надежной опекой.
У меня не было сил даже на то, чтобы возражать. Если бы не он, я бы вообще не смогла дойти до этой чертовой гостевой комнаты и уж тем более найти ее. Мы вышли из гостиной в коридор, из которого поднялись по лестнице на второй этаж, и Берестов довел меня до места. Все эти передвижения я помнила уже смутно, а когда садилась на кровать, то уже спала.
Я проснулась, и первым моим чувством было ощущение какого-то умиротворяющего спокойствия. Оно было для меня настолько странным и новым, что я позволила себе несколько минут просто полежать и посмаковать это чувство. А открыв глаза, обнаружила, что нахожусь в большой кровати, в незнакомой мне комнате, и кто-то заботливо снял с меня ботинки, уложил и укрыл покрывалом.
Я сладко потянулась и позабыла опустить руки, мгновенно вспомнив, где, в чьем доме нахожусь и что привело меня сюда, и весь нелегкий, трудный разговор, состоявшийся совсем недавно. Пришлось быстро вскочить с кровати, заправить ее, обуться, выйти в коридор и, осмотревшись, найти умывальную комнату, чтобы привести себя в надлежащий вид, насколько это было возможно в предлагаемых обстоятельствах.
Я спустилась по лестнице и пошла на звуки отдаленного веселья, смеха и детских восторженных визгов и, пройдя по коридору до арки, ведущей в гостиную, замерла, пораженная увиденным.
Берестов, весь погруженный в просмотр видео, даже не заметил меня — выражение его лица было напряженным и глубоко печальным, и в глазах посверкивали непролитые слезы.
