Драгун, на Кавказ!

А вот эта?

– За копейку, солдатик, – ответила та.

– Ну вот и давайте нам две, – Лёнька засопел и положил на глиняное блюдечко большой медный пятак.

– Во славу Божью! – Бабушка подала свечи, отсчитала алтын (3 копейки) сдачи и перекрестила ребят. – Спаси, господи, православных воинов!"

"Тимофей стоял с обнажённой головой в старинном намоленном храме подле иконы Богородицы и в первый раз в своей жизни совершенно искренне молился. Он был в церквях в своём времени, но совершенно не понимал, для чего это и что ему там нужно. Это была скорее дань новомодной традиции, но уж точно не настоящая, искренняя вера. Здесь всё было по-другому. Люди в этом мире не представляли себя без Бога, для них была абсурдна сама жизнь без него, они молились, по-настоящему веря. Для них это было совершенно естественно, не было в них той прерванной нити, как у многих его современников из XXI века.

– Отче наш, сущий на небесах! Да святится имя Твое; Да приидет Царствие Твое; Да будет воля Твоя и на земле, как на небе; Хлеб наш насущный дай нам на сей день; И прости нам долги наши, как и мы прощаем должникам нашим; И не введи нас в искушение, но избавь нас от лукавого. Ибо Твое есть Царство и сила и слава во веки. Аминь, – шептали губы слова выученной уже «в этом» времени молитвы.

Протирающая чистой тряпицей икону старушка подозвала Тимофея ближе.

– Приложись, солдатик, тебе нужно. Ничего, другие постоят немного, подождут.

Тянущаяся к святыне очередь замерла в ожидании.

– Вот, возьми ещё ладанку, соколик, – и она, перекрестив, вложила небольшой кожаный мешочек в руку Гончарову. – Спаси и помилуй, господи!

Тимоха, шепча слова благодарности, полез в карман и звякнул монетами.

– Сколько я вам должен, бабушка?

– Нисколько, – покачала она головой. – Во славу божию! Пусть Пресвятая Богородица убережёт тебя.

– А город-то какой огромный! Домов-то, домов каменных вокруг сколько, ты погляди! А людей всяких какое множество! – болтал без умолку Ленька, топая с другом по улице. – Нее, куда уж там Уфе до Астрахани, а уж про Стерлитамак так я и вовсе не говорю. А когда-то ведь ох и шибко большим мне он казался, огромным, чай, ведь не деревня, а город! А какова же это Москва тогда али сама амператорская столица?

– Да раз в пять, а то и в десять, небось, поболее Астрахани будут, – пожал плечами Тимофей. Наверное, в первый раз за эти последние восемь месяцев у него на душе было светло и легко.

– Ох ты, в деесять! – протянул изумлённо Блохин. – Откуда же это людей-то в неё столько съехалось! Это же сколько им там провианта и дров надобно? Ужасть просто! А на Кавказе-то есть ли вообще города?

– Да вроде есть, – ответил неуверенно Тимофей. – Нуу, с такими как Уфа или Астрахань, они, пожалуй, навряд ли смогут сравняться.