3
0
– …Указом начальника депо за успехи в овладении воинскими науками в разряд отличников переводятся рекруты Аннушкин, Блохин, Гончаров…
Тимоха встряхнулся и далее внимательно вслушался в произносимое ротным командиром.
– …Пятерым рекрутам, получившим особое благоволение от генерал-губернатора при инспектировании депо, выдать в качестве поощрения по гривенному и пятаку и предоставить один воскресный день для выхода в город. В знак отличия им дозволяется заменить деревянные обтяжные пуговицы на мундире спереди на солдатские железные, а серый сермяжный воротник на красный суконный.
– Вот это даа! – прошёл шёпот по строю. – Повезло же ребятам!
– Разговорчики! – построжел лицом штабс-капитан. – До окончания обучения сии рекруты освобождаются от всех хозяйственных работ. Фельдфебель, проследите, чтобы им выдали красное сукно и пуговицы. Проверите сами и доложите мне, как подошьются. У меня всё. Занимайтесь с ротой по утверждённому распорядку.
– Есть, ваше благородие! – козырнул старший унтер. – Будет исполнено. Рота, смирно!
Штабс-капитан пошёл по своим высоким офицерским делам, а рекруты приступили всё к той же отработке заряжения пехотного ружья.
Глава 10. Увольнительная
– За тебя, Тимоха, я буду держаться, – проговорил топающий рядом Лёнька. – С тобой мне и весело, и интересно, не такой ты, как все. По разуму на моего старшего брата, на Архипа, больше похожий. Он ведь тоже у отца Сергия из храма псалтырь по слогам читать может и даже слова какие-то там необычные из него в избе нам говорил. А ты так и вообще голова! Ууух, аж целых пять книг по дороге в Астрахань прочёл, Гомеру эту, Крузу, Робинзону, римлянина. Как уж его там?
– Овидий, – подсказал Тимофей.
– Во, точно, Овидию ещё.
Дорога в центр города проходила мимо кремля. Над его стенами возвышались пять куполов белоснежного храма. Лёнька остановился и, зашептав молитву, истово перекрестился.
– Ну а ты чего?! – толкнул он Тимофея локтём. – Это же Успенский собор, я от местных слышал, он самый главный во всём Астраханском крае. Здесь Владимирская икона Божией Матери чудодейственная есть. Надо бы нам сюда зайти, свечу поставить, неизвестно ещё что там, на этом Кавказе, и как оно вообще будет.
– Ну пойдём, – пожал плечами Тимоха. – Так-то до вечера нам целый день ещё бродить.
В небольшой церковной лавке, стоящей подле собора, пожилая старушка, укутанная в зимнюю шаль, показала на разложенные на столике свечи.
– Какую хотите, соколики? Вот, всё здесь перед вами. У вас, у служивых, и денежек-то, небось, нет, вот возьмите за полушку (¼ копейки) или за деньгу (½ копейки). – И показала на лежащие сбоку тоненькие свечи.
– Ну чего же это нет? – пожал плечами Лёнька. – Мы, бабуля, и с серебром, и с медью нонче.
