4
0
В гардеробной появляется все больше сменной женской одежды, а в ванной различных девичьих мелочей вроде кремов и шампуней, парфюмерных масел для тела. И Глен ничего против не имеет. Напротив, кажется, словно он только рад такому соседству. И проведенные совместно ночи это доказывают.
Отец вместе с Гленом и Генри выбираются на рыбалку, вчетвером мы пару раз выезжали в город на ужин в дорогой ресторации, маркиз пожелал сопровождать меня во время моей рабочей вылазки на место начавшейся стройки отеля-курорта и даже вступил с Эваном в ожесточенный спор по поводу выбора предстоящего названия будущей южной достопримечательности.
В целом, могу судить по выражению лица отца, он неплохо проводит время. За это время я успела лично узнать родственника и отпустила все сложившиеся на его счет предрассудки.
— Прости, — говорит отец, когда мы с Гленом провожаем его в дорогу на крыльце дома. Глен отворачивается и принимается контролировать погрузку веще в карету, предусмотрительно оставляя нас наедине.
— Он весьма неплох. Когда в первый раз увидел его в храме, решил, что отдаю тебя такому же хитрому и прожженному лису, как его высочество Август, но вопреки их родству…они совершенно разные. Какое облегчение.
Я скромно улыбаюсь, чувствуя, что это не все, что хочет сказать родитель.
— Я рад, что у тебя все хорошо, дочь, — в глазах маркиза лучится тепло.
Он многое не говорит, но и я не та девушка, которой предназначены несказанные вслух слова.
45
Мы с Гленом машем на прощанье и, когда карета удаляется прочь, заходим в дом. Внутри никого. Глену нужно работать, я следую за ним в кабинет и послушно сажусь на диван. На этом же месте я впервые и осознала, что оказалась в чужом теле и ином для себя мире. Смотрю на занятого делами герцога, и стараюсь наскрести в себе смелости.
Не говорить правду — значит, продолжать обман. Мне стоило огромных усилий не расплакаться, когда отец Евы назвал меня дочерью. Эти слова заботы, это обращение, они не предназначались мне.
Хочется, чтобы хотя бы один человек в этом мире знал правду.
Возможно, что я собираюсь совершить ошибку, но это ошибка, которую нужно совершить непременно, даже зная все последствия. Потому что только допустив ее, станет ясно, было ли это действительно ошибочным решением.
Мужчина заканчивается разбирать текущие дела и с улыбкой присоединяется ко мне, пристраиваясь рядышком.
Повисает затянувшаяся, но на удивление приятная тишина.
— Послушай… — начинаю просто я.
Через десять минут — не так уж и много времени потребовалось для того, чтобы раскрыть мужу правду о истинном происхождении его супруги — герцог все так же безмолвен."
"Вероятно, своим дурацким желанием избавиться от моего стоящего между нами секрета, я оттолкнула его от себя навсегда.
