Грубиян на одну ночь

Ничего, черт возьми, особенного, но в моем чокнутом понимании он выглядит горячо и невозможно сексуально.

Положив на руль одну руку, он изучает меня в ответ.

Проходится глазами по моему телу, одетому в клетчатый брючный костюм, по моему лицу и волосам.

Не знаю, что у него на уме, ведь выглядит он непрошибаемым. Слишком решительным, чтобы я могла расслабиться и откопать в себе хотя бы горстку сил на сопротивление. Я знаю, что обидела его, и знаю, что должна извиниться. Об этом твердит здравый смысл, но по факту я трушу сделать это, потому что если сделаю, то признаю свое полное поражение. Все что я могу — пытливо смотреть в его лицо, наслаждаться тем, что мы внутри замкнутого пространства, и кроме нас здесь никого нет.

— Тебя можно поздравить? — имею в виду его новую машину.

Выбор настолько рациональный и в его стиле, что в очередной раз понимаю — если мужчины и женщины с разных планет, то мы с ним из разных галактик, потому что рациональные покупки я делаю только тогда, когда заказываю на дом продукты. Волшебство ситуации заключается в том, что мои колени слабеют каждый раз, когда удается вытряхнуть его из этой непрошибаемой шкуры. Каждый раз, когда он теряет над собой контроль я… теряю его вместе с ним.

— Да, — мотнув головой, смотрит вперед. — Пристегни ремень.

Пока выполняю эту “просьбу”, машина трогается и, обогнув парковку, выезжает на дорогу.

— Куда тебя отвезти? — интересуется, бросив на меня неторопливый взгляд.

Врезавшись в его глаза своими, чувствую, как поднимается по телу тепло.

Я безумно хочу его поцеловать. Он, кажется, читает мои мысли. Опускает глаза на мои губы, но быстро возвращает их на безопасный уровень, постукивая по рулю пальцами.

— Домой, — говорю еле слышно.

Кивнув, он делает погромче радио, ясно давая понять, что не намерен болтать. Откинувшись на сиденье, исподлобья наблюдаю за тем, как по лобовому стеклу катятся капли дождя."

"У нас уходит пятнадцать минут на то, чтобы добраться до моего дома.

Порывшись в сумке, нахожу пульт от ворот, и Глеб въезжает во двор.

В разгар рабочего дня внутри полно свободных мест, но, вместо того, чтобы припарковать машину, он просто притормаживает у тротуара, явно не собираясь задерживаться надолго.

Кошусь на него, повернув голову.

— Как отдохнула? — спрашивает, задумчиво глядя перед собой.

Откуда он знает, я не спрашиваю. Меня уже не удивляет то, что в моей жизни он повсюду. Единственное, что мне осталось до него донести — возможно, это плохо для нас обоих.

— Хорошо, — отвечаю ему.

Отстегнув ремень и перегнувшись через коробку передач, открывает бардачок.

На мои колени опускается безликая картонная папка.

Хлопнув бардачком, Глеб возвращается в свое кресло и поясняет:

— Здесь материалы по порче твоей машины.