6
0Еще больше я хочу припечатать ее алый пухлый рот своим, потому что скучал, и она нужна мне гораздо чаще, чем два гребаных раза в неделю. Она об этом знает, именно поэтому паникует.
— Что ты тут делаешь? — спрашивает хрипло.
Пройдя мимо кровати, подхожу к окну, из которого отличный вид на парк и центральные улицы города.
— Решил проверить, как у тебя дела, — отодвигаю ночную штору, которая наполовину закрывала окно.
— У меня все лучше всех, — хрипит Рита за моей спиной.
Обернувшись, вижу, как ее глаза провожают каждое мое движение. Отхожу от окна и беру с полки фотографию в рамке, на которой она позирует с красным дипломом в руках. На ней красивое голубое платье, и она очень молода. Гораздо худее, чем сейчас, потому что сейчас ее формы находятся просто в идеальном балансе. В моей башке до фига мыслей по этому поводу, и только один процент из них приличный.
Бросив взгляд на кровать, интересуюсь:
— Ты знаешь, кто это сделал?
Ее глаза мечутся по моему лицу.
Спустив на пол ноги с противоположной от меня стороны кровати, встает и складывает руки под грудью. На ней шелковые шорты из того же комплекта, что и майка, и обе вещицы сидят так, что мне хочется ее, блять, раздеть.
Мы оба понимаем, о чем я говорю, поэтому, не тратя время на выяснения, Марго говорит:
— Это тебя не касается. Займись своими делами.
— Тебе повезло, — возвращаю рамку на место. — У меня как раз полно свободного времени, — произношу очевидный бред, стараясь звучать ровно, но ее слова немного выводят из себя.
— Я не собираюсь искать виноватого. Это ясно? — смотрит на меня упрямо.— Никаких заявлений в полицию не будет. И исков тоже.
Из этого заключаю, что она в курсе, кому перешла дорогу, и то, что она сейчас сказала — полнейший бред, с которым я в корне не согласен.
Положив на пояс руки, делюсь своими соображениями:
— Твоему имуществу причинен ущерб. Твоей репутации тоже. Чтобы компенсировать и то и другое, виновный должен быть наказан. Я помогу.
— Стрельцов! — вскипает. — Ты слышал, что я сказала?! Это тебя не касается. Я не собираюсь раздувать скандал. Я так решила! Ясно?! Это моя жизнь, и в ней я решаю, что и как будет, а не ты!
— Ты делаешь глупость, — чеканю, глядя в ее раскрасневшееся лицо.
— Я делаю что хочу, — цедит она. — И когда хочу. И ни у кого не спрашиваю разрешения.
Если это попытка указать мне на мое место, то она отличная. Это не задевает, а бесит. Потому что она права — у меня нет никаких прав указывать, что ей делать, но сейчас мне хочется сделать по-своему, несмотря на то, что она там, твою мать, в своей голове решила.
— Конкретно сейчас ты занимаешься херней, — сообщаю ей. — Полнейшей херней.
— Я не спрашиваю твоего совета. И разрешения тоже!
— Хочешь быть независимой? — киваю на нее подбородком.
