11
0
Через мгновение та заскрипела, заскрежетал засов, что был снаружи и в темном проёме возникла крупная, не меньше, чем у среднестатистического орка, фигура.
Мужчина, чье лицо было скрыто капюшоном, обвел всех взглядом и быстро отступил в сторону.
— Ну, чего встали? На выход! — скомандовал он хриплым голосом, пропадая из проема и с разбега врезаясь в появившегося словно ниоткуда орка.
16. Загадки
Уставшие рабы, выбравшись из трех сараев, стояли сбившейся кучей и наблюдали, как люди в темных плащах добивают их бывших хозяев.
— Вроде всех прикончили, — отчитался один из нападавших крупному мужчине, что выпустил Надежду и других бедолаг из импровизированной темницы.
Мужчина кивнул, поводил капюшоном из стороны в сторону осматриваясь и, махнул рукой, чтобы все подошли ближе. Бывшие рабы зашевелились и несмело сделали шаг вперед.
— Жители Оазиса, — громко, немного пафосно, провозгласил глава благородных разбойников, — мы обычные воины и против рабства. Сейчас наши маги снимут зачарованные веревки, и вы сможете сами распоряжаться своей жизнью. Оставаться здесь опасно, поэтому уходить будем сегодня до рассвета. Кто хочет, может последовать за нами, остальные будут доставлены в главный Оазис четвертого государства и отпущены на свободу.
Пока бывшие рабы несмело и радостно гомонили, двое из нападавших быстро прошлись по рядам, освобождая пленников, а точнее просто снимая веревки и скидывая их в кучу.
Надежда, прикинув, что раз пришлые пользуются магией, то видимо воспользовались настойкой из унги, о которой говорил Марель. Как бы еще уговорить их поделиться такой ценностью? Воспользовавшись тем, что освободилась первой, она резво переместилась к Александру и бесцеремонно схватила его за руку.
— Что делать будем? — спросила тихо, — думаешь, стоит пойти с этими рыцарями — воинами и попытаться уговорить их помочь нам или лучше рвануть в Оазис и осмотреться там? Марель говорил, что только здесь, на плантациях, ограничение магии стоит, ну и в пустыне ее мало очень, а в Оазисе мы может, и сами справимся.
Выяснить мнение наследника не получилось. Вел он себя слишком странно, словно пьяный или не в себе. Завороженно смотревший на главаря Александр отвел взгляд и недоуменно посмотрел на спутницу.
— Да-да… нам надо… — приговорил рассеяно, но словно потерял нить разговора и не закончил мысль, а резко высвободился, шагнул вперед и тихо то ли позвал, то ли спросил, — Иван, я не брежу? Это и правда, ты?
Время словно замедлило свой бег. Показалось, что даже звуки все пропали, а воздух наполнился уже такой знакомой подавляющей силой, что захотелось упасть на колени и голову опустить, пока не отпустит.
