Барышня с подвохом или любовь дело тонкое (СИ)

Оказалось, что скорлупа очень хрупкая, похожа на очень тонкую многослойную бумагу или основу осиного гнезда и действовать приходилось очень осторожно. Она видела, как несколько раз хлестнули плеткой по спине Александра и как он полез в драку, но его быстро успокоили, а после снова пристроили к работе.

— Идиот, — буркнула она зло, на глупую выходку царевича и решила не вмешиваться.

Вместо этого, воспользовавшись моментом, когда охрана отвлеклась, она попыталась расспросить парнишку с соседнего ряда.

Тот был довольно молод, смазлив, чем-то напоминал эльфа из сказки, но очень заморенного и худого. Парень, представившийся Марелем, отвечал неохотно, постоянно косился на занятых охранников, но кое — что Надежда все же уловила.

Плоды, что они так бережно собирали назывались унга, а растение соответственно унгана.

— Орки из них кучу всего полезного делают, — поделился Марель тихо, — если просто в чане оставить и забродить дать, то веселящая, настойка выйдет, что галлюцинации вызывает и не отпускает долго. Хозяева раз в тридцать светил закрывают нас в сарае и пьют ее, веселятся дня три. Потом правда злые очень ходят, видимо голова после нее болит очень и нам достается сильно, но тут главное глаз не поднимать и выполнять все быстро, тогда и повезет возможно.

Марель помолчал, спустив еще один хрупкий плод в ящик и перешел к следующему растению.

— А еще, говорят, что отвары и натирки из унги не только сильной лечебной, но и магической силой обладают, и даже здесь, где все ограничено, пробудить ее могут, потому и ценятся очень сильно, — прошептал совсем тихо. — Эх, сюда бы каплю настойки и меня никакая зачарованная веревка не удержала бы, — прошептал он мечтательно.

Надежда, которая уже пыталась снять свою, но потерпела поражение, сжала губы упрямо.

— Значит, магия здесь отрезана, но пробудить ее возможно, а еще зачарованные вещи исправно работают, — прошептала она тихо, не зная, как применить информацию, — занятно.

Марель бросил быстрый взгляд на собеседницу, но комментировать не стал. Пробормотал только, чтобы сырой плод жевать не вздумала, поскольку он ядовит без обработки. Впрочем, и работать парень тоже не переставал. Посмотрел лишь в ящик девушки с двумя плодами и незаметно опустил туда еще три.

— Не отвлекайся, плетки у них тоже зачарованные, — прошептал совсем тихо, — покалечить не дадут, но боли в разы больше, чем обычные причинят.

Надежда кивнула задумчиво и приступила к работе незамедлительно. Отчего то испытывать наказание на себе не хотелось абсолютно,

Остальные сведения оказались такие же обрывочные и ответов на главный вопрос «что делать?» Не давали вовсе.