3
0Я эти собирала с того дня, как впервые про клинику узнала, два года назад… И все это время толком не ела, одежду не покупала, работала, как проклятая, на трех работах с подработками… Я, конечно, и дальше так буду впахивать, но у нас нет этого времени теперь. Вальчику совсем немного осталось до того момента, пока операция еще может что-то изменить, поставить его на ноги… Я связывалась же с клиникой, нас уже ждут. И даже обещали решить вопрос с моим проживанием. Я же визы собиралась делать… Тварь, какая мразь все же… И я тоже хороша… Знала ведь, знала! И все равно оставила деньги дома! Не думала, что он до такой степени подонок, чтоб тронуть… Вальчик же его сын… Я во всем виновата…
— Нет, Лана, нет… — пытаюсь ее утешить я, но Ланка отстраняется опять, смотрит на меня снизу вверх, кривит губы.
Ее воспаленные красные глаза горят лихорадочно и болезненно.
— Я, только я. На моей совести все, Марусь.
Она поворачивается, облокачивается на стол, берет чашку с чаем, ставит обратно. Разворачивает и складывает кухонное полотенце, вертит в руках ложку. Ее суетливые бессмысленные движения полны безнадежности.
— Черт! — Ланка бросает чайную ложку, откидывается на стенку холодильника, — вообще не понимаю, что делать. Неоткуда взять, просто неоткуда! Кредитов мне не дадут. Если бы дали, все бросила бы, квартиру эту проклятую, все! И уехала с Вальчиком! Главное — его вылечить, а все остальное будет потом! Но нет! Неоткуда! Ни занять, ни попросить… Слишком большая сумма! Даже себя не продать! Никто столько не даст! Если бы дали, ей-богу, ни на мгновение не задумалась бы!
— Лана!
— Что Лана? — усмехается она, — грубо, да? Плевать. Ладно, Марусь… Тебе на работу уже пора, прости, что я опять тебя так… И спасибо.
— За что?
— За то, что ты есть. И рядом. Это так много, если бы ты знала, как это много… Если бы не ты, я бы реально в окно… Слабость это, но, знаешь, такое чувство, что всю жизнь из меня выпустили… Что я уже мертвая…"
"Я обнимаю ее, и, через наполняющее сердце ощущение ужаса, шепчу, стараясь передать сестре хотя бы часть уверенности. Той самой, которой у меня нет:
— Лана… Мы выкрутимся. Поверь. Мы точно выкрутимся. Мы найдем деньги. И вылечим Вальчика. Все будет хорошо. Пожалуйста, не придумывай ничего, поняла? Ложись спать. Я тебе позвоню утром. И сегодня, через час смс отправлю, если не ответишь, приеду , поняла?
— Да не беспокойся, Марусь, это я так, глупости всякие… — Ланка усмехается печально, — куда же я от Вальчика…
— Вот-вот, про него думай! — велю я строго, а затем собираюсь уходить, предварительно попрощавшись с Вальчиком.
Конечно, оставлять Ланку в таком состоянии неправильно, но мне в самом деле надо на смену. Работу сейчас терять вообще нельзя.
