0
0
Вскоре для Ламента, Хока и Фишер не осталось ничего, кроме завораживающих недр Ока. Золотая комната, длинное трудное путешествие, самая их миссия позабылись, затерянные в открывающихся взорам фантастических картинах. Галактики, невероятно огромные в темном зрачке, множились, медленно закручиваясь. И при этом глаз различал мельчайшие детали. И в едином порыве, откликаясь на некий неслышимый, но неотвратимый зон, Хок, Фишер и Ламент шагнули вперед.
Они двигались по парящему в пустоте и уходящему в вечность хрустальному мосту, то и дело поглядывая на бездонную пропасть, разверзающуюся под ногами. Кометы и падучие звезды сыпались дождем в безбрежной ночи, и вверху, и внизу. И солнца, и планеты, и созвездия все было незнакомо.
Мимо проплыло огромное светило, влекомое не поддающимся воображению приливом, да так близко, что они могли бы протянуть руку и коснуться его, но свет его не ослеплял, а тепло едва ощущалось. Люди остановились на минуту посмотреть, как оно проходит мимо."
"Когда солнце поравнялось с ними, смертные почувствовали, что в сердцевине его заключено нечто, то ли пребывающее в спячке, то ли еще не рожденное. Нечто неизмеримо могущественное, ожидающее своего часа. Оно пошевелилось в своем глубоком сне, и они почувствовали его присутствие. Их сердец коснулся ужас, которому они не знали имени. Но светило проплыло мимо, и то, что гнездилось в нем, снова погрузилось в сон.
Хок шел по искрящемуся хрустальному мосту между Фишер и Ламентом и не узнавал обоих. Усталость и боль покинули тело. Это было словно прогулка во сне, и ему казалось, что он может идти так вечно.
Впереди они увидели сияющую во мраке Синюю Луну, полную, налитую и могучую, и в тот же миг вспомнили, кто они и зачем пришли сюда. Хок и Фишер заглянули в пропасть под мостом и крепко ухватили друг друга за руки. Ламент срывающимся голосом шептал молитву. И они вновь двинулись вперед, направляясь прямо к медленно выраставшей впереди Синей Луне.
По мере продвижения к цели их внешность менялась. Сначала незаметно, затем более радикально. Они принимали облик людей, какими были в прошлом или могли бы стать в будущем. Сначала другой сделалась их одежда, ее фасоны чередовались, как в калейдоскопе. Потом волшебство коснулось волос и цвета глаз, а затем и походки, осанки, возраста. Они становились то юными, то дряхлыми, по в каждый момент разница казалась странно естественной.
Принц Руперт и принцесса Джулия шагали рядом с беспечной уверенностью юности. У Руперта были на месте оба глаза, а волосы Джулии представляли собой ярко-золотую копну кудрей. Капитаны Хок и Фишер вышагивали в черно-белой униформе Хейвенской Стражи. На испещренном шрамами лице Хока горел единственный глаз, а светлые волосы Фишер были заплетены в толстую косу.
