Жестокий бог

Дядя Гарри отзывался обо мне пренебрежительно, как будто я была недостойна любви Вона – и это очень отличалось от того дяди Гарри, которого я всегда знала. Того родного человека, который водил меня по галереям и носил на плечах в детстве.

Вон издал горький смешок.

– Я не влюблен в твою племянницу.

– Ты просто случайно поцеловал ее при всех?

Мне казалось, я услышала, как Вон пожал плечами, когда произнес:

– Я встречаюсь со многими девушками, при всех или нет, неважно.

– Ты просто позволяешь им отсасывать тебе. Вчера ты испугался, что я причиню ей боль. – Еще одна насмешка слетела с губ Гарри. – Не притворяйся, что мы не следили друг за другом все эти годы. Я точно знаю, чем ты занимался и с кем. Но Ленни другая. Кроме того, ты не единственный, кто любит быть в курсе всего, – я немного познакомился с содержимым твоей прикроватной тумбочки, пока ты играл во французского любовника. Более двенадцати тысяч фунтов шоколада и пирожных за последние несколько месяцев? Ты пытаешься ее убить? – Он невесело усмехнулся.

Мой желудок скрутило. Все внутри меня кричало, чтобы я постучала в дверь и потребовала ответов.

Но в то же время я знала их обоих и не сомневалась, что мне не удастся выпытать их секреты, если я внезапно появлюсь, как в плохой театральной постановке.

– Держись подальше от своей племянницы. Я серьезно."

"– Я не подчиняюсь твоим приказам. И я тоже говорю серьезно.

– Пошел ты, Гарри.

– Почти получилось, парень. Почти получилось. Кстати, еще не слишком поздно. Обожаю огонь в твоих глазах.

– Когда я поимею тебя, – угрожающе прорычал Вон, его низкий и властный голос проникал прямо до костей, – пострадает не твоя задница. А твой позвоночник.

Внезапно со стороны лестницы раздался грохот. Гарри застонал от боли, а потом его тело рухнуло на каменный пол.

Я закрыла глаза и прерывисто вздохнула, когда кусочки головоломки наконец встали на свои места, окончательно скрепившись друг с другом.

Украденная стажировка. Угрозы. Ненависть. Насмешки. Секрет, который, по мнению Вона, мы оба храним.

Оказывается, у нас были абсолютно разные представления о том, что произошло тогда в той темной комнате.

Я повернулась и побежала, дважды спотыкаясь, прежде чем, в конце концов, добралась до своей комнаты.

Нет, дядя Гарри, с горечью думала я. Если бы Вон убил тебя, я бы не стала его винить.

* * *Вон пришел ко мне спустя три ночи.

В четвертую ночь он забрался ко мне в кровать, пока я притворялась спящей, и поцеловал в губы. Это напоминало прощание. Может, для него так оно и было. Но не для меня. Я открыла глаза в середине поцелуя и взглянула на него в ответ. Он отстранился, его выразительные глаза расширились от удивления.

– Ого. С тобой нельзя быть ни в чем уверенным. Сумасшедшая.