3
0Эта девочка достойна другого мужа и другого к себе отношения.
Достаю из-под рубашки лемби, разглядываю.
Отдать тебе? Зачем? Для мужа? Не оценит этот идиот твое лемби.
Прячу обратно.
Любовники… Какие к черту любовники? Ты почти что инвалид в этом смысле, Черкасов.
Скажешь ей? Да ни за что! Нет. Я хочу оставить себе хотя бы маленький шанс.
Набираю своего врача.
— Черкасов. Есть новости?
— Да. Новости хорошие. У меня результаты повторных анализов всех ваших партнерш… после гипотетического заражения. Ни у одной из них нет антител. Таким образом, вероятность того, что Вы заражены минимальна, при условии, что связь с ними была без защиты.
Я предохранялся. Ну… более-менее.
— С защитой, — вздыхаю я.
— И, тем не менее — новость хорошая.
— Да.
— Вы уверены, что партнеров за этот период было четверо?
Вспоминаю ещё раз. Загибая пальцы.
— Вероника, Ольга, как её там — Нелли, — бормочу я, припоминая, — София…
И та брюнеточка из бара. Все.
— У меня было пять женщин. Ещё одну ищу.
Найти — большая проблема. Имя не помню. Да и не факт, что было настоящее, а лицо…
Все лица слились в одно. Не медитировал я на её лицо. Вторая встреча не предполагалась. Утром оставил ей деньги в гостиничном номере и ушёл.
— Возможно, она уже есть в нашей базе. И если Вы вспомните имя и фамилию…
— Я не помню ни имени, ни фамилии. Но её найдут. У меня остался «трофей» от неё.
Безымянный браслет из большого спортивного клуба. Выронила из сумки, когда садилась в машину. А я запарился и не вернул.
— Вы помните про карантин, верно?
— Конечно.
Было бы удручающе заразить кого-то ещё.
— И ежемесячные обследования. Чтобы, в случае обнаружения антител, мы смогли немедленно начать терапию.
— Да, я приеду на днях.
Развернувшись, оглядываю ещё раз издали двор. Златы нет. Но у меня есть её новый номер теперь.
Набрав, слышу, как очень близко играет мелодия. И тут же замолкает. Так.
— Злата.
Разворачиваюсь к беседке, обвитой плющом. Но звук был гораздо ближе.
Телефон потеряла, что ли?
Набираю ещё раз. Дозвон идёт, звука больше нет. О
глядываю деревья. Ну негде здесь спрятаться так близко!
— Поговори со мной.
Тишина. Но я чувствую — слышит.
Окей. Тогда так:
— Через десять минут я могу свозить тебя и Тихона на могилу Ивана Михайловича. Если хочешь съездить, жду тебя в машине.
Не оглядываясь иду к тачке.
Сажусь внутрь, наблюдая, как она идёт следом, кутаясь в тонкую курточку. Ветер треплет её длинную юбку. Ткань облепляет бедра, икры…
Волосы вспыхивают от порыва ветра, отливая золотистым в лучах закатного солнца. Красивая дикарка… Сейчас это чувствуется — её внутренняя неприкаянность, Злата не укладывается ни в какие привычные образы. Ещё полчаса назад — благородная девица, а сейчас — дикое пламя на ветру, девчонка из ниоткуда.
