3
0
Я замираю с открытым ртом, так и не договорив, и смотрится это, должно быть, на редкость комично, потому что Азат усмехается, придерживает меня за бедра, словно опасаясь, что сейчас соскочу и сбегу, и продолжает:
— Не обижайся… Я сегодня днем узнал, данные получил от СБ.
— Но… Как? — выдыхаю я, и в самом деле пытаясь вырваться, но железные пальцы оковами лежат на ногах и не пускают, более того, руки скользят чуть выше, большие пальцы задевают низ живота, надавливая ритмично, мягко, туда, куда я сама даже смотреть стесняюсь, и меня пробирает невольная дрожь удовольствия. Азат умеет обращаться с женщинами, а уж все мои чувствительные места знает идеально. И сейчас вовсю пользуется своими знаниями, чтоб успокоить меня.
— Я кинул запрос про эту твою Аню… Такая женщина не может просто работать няней, мне это показалось странным. Оказалось, что она — один из кураторов фонда “Надежное крыло”. А руководит этим фондом мать твоей Лауры. Дальше дело техники, как ты понимаешь…
Я закрываю лицо руками, впервые страшно жалея, что обстригла волосы, тут бы еще и завесу из них не помешало установить… Он знал. Он все время, пока мы… были в коридоре, пока ужинали, пока находились в спальне, знал… И не сказал мне! Невозможный человек! Невозможный!
— Ну что ты, сладкая? — Азат тянет меня к себе на грудь, чуть ли не силой опускает щекой на плечо.
Вздыхаю, пытаясь унять волнительную дрожь. Какой он все-таки… Я так переживала, размышляла, когда сказать, как сделать так, чтоб помягче… И что потом будет? Пыталась предугадать его действия. И опять ничего не получилось!
Он говорит об этом так спокойно, словно никакого значения для него не имеет тот факт, что у меня нет и никогда не было никого, кроме него, никакого другого мужичны. И надо ли упоминать про это? Наверняка тоже все уже знает…
— Знаешь… — задумчиво гудит он мне в макушку, и я ощущаю вибрацию от его слов в ухе, — сначала я охре… То есть, удивился. Разозлился, что ты столько времени мотала мне нервы опять. Неужели, нельзя было сказать раньше? Я понимаю, что мы только недавно начали… Понимаешь, меня, да? Но все равно, я же от ревности чуть не сошел с ума, представляя тебя в постели с другим… Но потом… Потом я вспомнил, что в последнее время мне было абсолютно все равно, что у тебя есть муж, что ребенок не от меня… Понимаешь? Мне было все равно. Раньше я бы никогда… Но с тобой это все потеряло значение. Была только ты. И я готов был забрать тебя любой. Главное, чтоб согласилась. Главное, чтоб со мной… Как думаешь, это что значит?
— Не знаю… — прерывисто выдыхаю я ему в шею, и она тут же покрывается мурашками. Это так мило, такая чувствительность… Хочется проверить, как он будет реагировать, если я его тут поцелую…
Не сдерживаюсь и проверяю.
