2
0— Ника отошел на безопасное расстояние и добавил: — Ты ведь, Олежка, наследник, — он довольно рассмеялся и подсел к какой-то компании.
— Нахлебались мы с тобой, Олег, — сказал Шутин печально, — словно в унитазе выкупались.
— Ника знает, к кому подойти и что сказать, — философски ответил Олег.
Шутин выпятил подбородок, помедлил, пожал плечами и спокойно сказал:
— Слушай, Олег, ты со мной деликатней. — Он посмотрел Олегу в глаза. — И я все позабуду.
— Свою ненависть к Павлу позабудешь? — Олег налил Шутину и себе. — Ты Павла ненавидел. Завидовал и тихо ненавидел.
— Я к Павлу относился сложно, — как можно спокойнее ответил Шутин.
— Ты его ненавидел, — упрямо повторил Олег. — И ты знал, где лежит пистолет.
— Слушай, — Шутин перегнулся через стол, схватил Олега за руку. — Я ведь знаю, что должно было произойти первого сентября, но не произошло. — Он откинулся на спинку стула и рассмеялся. — Не произошло, потому что Павла убили. Знаю, но молчу.
Шутин встал, бросил косточку от маслины в пепельницу и пошел к выходу. Олег Перов смотрел ему в спину и трезвел.
Глава пятнадцатая
Тщательный осмотр места происшествия и тела покойного, оформление соответствующих документов заняло много времени; Турилин и Гуров вышли на улицу, уже наступил вечер. Полковник остановился около черной «волги» и сказал:
— Лев Иванович, завтра на оперативку не приезжайте. Отправляйтесь в парфюмерный магазин и пригласите ко мне знакомую Шутина. — Он кивнул на санитаров, которые выходили с носилками из подъезда. — До завтра.
— Спокойной ночи, Константин Константинович, — пробормотал Лева, глядя на удаляющуюся машину, прекрасно понимая, что полковник поехал в управление на доклад и спокойной ночи у начальника никак не может быть.
Обычно, когда Турилин и Лева в позднее время вместе уходили с места происшествия, полковник либо подвозил Леву домой, либо Лева доезжал с ним до его дома или на Петровку, а затем на этой машине до дома. Сегодня Турилин в машину не пригласил. Лева не обиделся, был даже рад. Говорить не о чем, сначала надо думать, ехать молча, чувствуя свою вину, не понимая, в чем она состоит, ситуация не из приятных.
"Лева вышел на Кутузовский проспект и направился в сторону гостиницы «Украина». Проспект широким светлым коридором тянулся к центру, в конце горбился мостом, из-за которого виднелось полураспахнутой книгой здание СЭВ. Народу в этот будничный вечер на улице было немного, машины лились негустым потоком, неслись раздельно, поравнявшись с Левой, шаркали шинами и пропадали за спиной.
Выстрел был произведен в упор.
