Восточная сказка

Кто-то из твоих сможет приехать? Или нам придется попросить кого-нибудь из знакомых представиться твоим дядюшкой.

«Герман, ты на все гаразд, только бы заполучить меня в жены!» - думаю весело. А вслух замечаю негромко.

- Я пригласила на свадьбу бабушку и дядю с тетей. Если у них получится, они обязательно приедут.

- А что может помешать? Твой отец? – порывисто интересуется Герман. – Они его слушаются?

- Папа контролирует финансы семьи, - лепечу я. – И дядя Искандер не захочет с ним ссориться.

- Я оплачу перелет. Договорись, когда они смогут приехать, и купи им билеты. Карту я тебе дам.

- Спасибо, - шепчу, давясь слезами. В порыве чувств подхватываю с ручника руку Германа и целую тыльную сторону ладони.

- Ты моя! - рыкает он, перехватывая инициативу. Тормозя на светофоре, обнимает меня крепко и впивается в губы голодным поцелуем. Чувствую, как жар разливается по всему телу. И инстинктивно поджимаются пальцы на ногах. А внизу живота пульсирует желание.

- Не могу тебя отпускать каждый вечер, - шутливо жалуется Герман, когда мы входим в кабину лифта. – Я уже как дурак дни считаю, - бубнит он, нажимая кнопку моего этажа.

- Я тоже, - признаюсь, утыкаясь лицом ему в грудь. – Сейчас посмотрю, как устроилась Софья после больницы, ее сегодня Олеся должна была забрать, и приготовлю ужин. А ты приходи через час…

- Только не вари змеиный суп, - смеясь, предупреждает меня Лиманский. - Второй раз мне его не осилить.

- Я научусь готовить домашнюю лапшу, обещаю, - заявляю  торжественно и тут же получаю награду. Поцелуй в нос.

- До ужина, храбрый повар, - улыбается Герман и легко сбегает вниз к себе домой.

65

Открыв дверь своим ключом, я сразу натыкаюсь на ботиночки Олеси и одинокий сапожок Софьи.

- Вернулась, душа моя! – радостно заглядываю в комнату. Наскоро скидываю куртку и сапоги. Несусь к моей дорогой Софье. Обнимаю ее, себя не чуя от радости.

- Алинка моя, - улыбается мне Софья, лежа в постели на высоких подушках. Стирает со щеки одинокую слезинку. – Как ты тут без меня жила?

- Не померла, как видишь, - ехидно фыркает Олеся, развалившись поперек кровати. Еще чуть-чуть, и заденет загипсованную ногу Софьи.

- Может, подушку подложить? – спрашиваю, кивая на гипс.

- Да, возьми в комоде подушечку, - тут же соглашается Софья."

"Укладываю ее ногу на возвышение. Подтыкаю рядом одеяло. Недовольно кошусь на Олесю. Ну, как можно в уличной одежде завалиться на постель?

Сдерживаюсь, чтобы не сделать замечание.

- Сейчас ужин приготовлю, - хочу поскорее выйти из комнаты. – Мы по дороге купили фарш. Котлетки пожарю. Только я позвала к столу Германа. Надеюсь, вы не будете возражать?

- У тебя с ним роман? – резко бросает Олеся, приподнимаясь на локте. И даже надменно приподнимает бровь.

Но я в порыве чувств не сразу замечаю нескрываемое раздражение.