1
0
Но особо напрягать слух не пришлось. Внезапно мужчина вскинул голову, схватил соседку за руку и почти выкрикнул, громко, отчаянно:
— Достаточно. Остановись, не сходи с ума. Понимаю, ты не можешь… не хочешь смириться, но это безумие. Зеона уже не вернуть.
— Отпусти… — Женщина порывисто высвободилась, а затем и вовсе оттолкнула собеседника. — Не желаешь помогать — уходи. Сама справлюсь.
— Мьирра, послушай… послушай же, прошу тебя. Ты на грани выгорания. Если продолжишь, умрешь.
— Умру? Что с того? Думаешь, я боюсь? — то ли всхлипнула, то ли рассмеялась женщина. В ее голосе звенели подступающие слезы. — Я уже фактически потеряла дочь, теперь муж уходит за нею. И после всего, что случилось, ты хочешь напугать меня смертью? Если мне суждено перейти за грань, пусть так и будет, но пока остается малейший шанс спасти его, я не отступлю.
Видимо, я все-таки пошевелилась, или ослабевшие ноги дрогнули, заставляя оступиться.
Мужчина резко обернулся, заметил меня, потрясенно прохрипел что-то.
Женщина тоже оглянулась. Прижала к губам пальцы, уставилась на меня какими-то исступленными, лихорадочно блестящими глазами. Произнесла растерянно, будто не веря самой себе:
— Нари… Это ты? Очнулась…
И рванулась ко мне.
Я выставила перед собой ладонь, в инстинктивной попытке ее остановить, и ахнула, не веря тому, что вижу.
Господи, что происходит? Это не моя рука. Не моя!
Егор с его угрозами и сферой, зал с постаментами, парочка в странной одежде, их непонятный разговор, нервная дамочка, называющая меня чужим именем, а теперь еще один, последний сюрприз… Уставший мозг решил, что это уже слишком.
Перед глазами снова потемнело, я пошатнулась и упала бы, если бы не поддержка подоспевшего мужчины. Очень вовремя, надо сказать, он оказался рядом.
Несколько мгновений спаситель внимательно рассматривал меня. Радость на его лице постепенно сменилась недоумением, взгляд ощутимо похолодел, стал настороженным, цепким.
— Эннари? — произнес он наконец.
Я отрицательно качнула головой и, в свою очередь, тоже спросила:
— Кто вы?
Мужчина еще раз придирчиво изучил меня, нахмурился.
— Даэрсин Хобб, — представился он. Губы дрогнули в подобии улыбки, но взгляд по-прежнему оставался ледяным, недоверчивым. — А вот кто вы, позвольте узнать…
Хотела назвать свое имя, рассказать, что произошло, пожаловаться на Егора с его чертовой сферой. Наверняка, там, внутри, был какой-то психотропный препарат, вон как меня переклинило, даже галлюцинации начались, собственные руки кажутся чужими. Хотела попросить о защите — раз мужчина спрашивает, кто я, значит, с Масловым, скорее всего, не связан. Хотела…
Да много чего хотела, но все, что смогла, это произнести немеющими губами:
— Помогите… Пожалуйста.
