Ведьма

Усилием воли Игорь запрещает себе шевелиться. Она несмело целует губы, нос, скулы. Совершенно по-детски. Неумело. А он заводится, как сумасшедший, так, что даже дыхание перехватывает. Ксения отстраняется, касается его щеки рукой, поглаживает, опускается к шее, пальцами проводит по впадинке, между ключицами, целует в яростно бьющийся на шее пульс. Скользит рукой по безволосой груди, щекочет ребра, поглаживает пресс, и все это — не отрывая взгляда от его, Игоря, глаз. Спускается еще ниже… Туда, где все полностью для нее готово. Несмело обхватывает длинный ствол.

Он судорожно выдыхает. Начинает легкие, поглаживающие движения рукой.

— Ты — красивый, — шепчет.

Игорь лишь низко стонет в ответ. Нет, он все еще помнит о том, что является главной целью происходящего, но, хоть убей, у него не получается оставаться в стороне, как изначально планировалось. Он с головой ныряет в свою любовь к этой непостижимой женщине. Пусть будет больно потом… Ладно. Выдержит, стерпит. Но сейчас есть он и она. Его ведьма. Его любовь.

А Ксения поцелуями прокладывает дорожку по его груди, перекидывает ногу, оседлав, устраивается на его бедрах.

— Сними, пожалуйста, — указывает на ведьмин балахон."

"Она послушно и бесстыдно выполняет его просьбу. В конце концов, он видел ее обнаженной уже не один десяток раз. А он стонет от открывшейся красоты, потому что каждый раз — как первый. Эти маленькие грудки сводят его с ума. И с чего вдруг? Раньше он предпочитал более пышные размеры. А тут негусто, но так все красиво… Идеально. Рот наполняется слюной — так хочется попробовать их на вкус. Некстати вспомнил руки Степана на ее груди. Черт… Лучше об этом не думать.

А Ксения, видя, как его скрутило, берет его ладони и прикасается ими к себе. Ведет вверх, к крепким грудкам, к возбужденным соскам. Игорь не может не воспользоваться открывшейся возможностью. Сжимает их легонько, перекатывает между пальцев. Стонут оба, в унисон. Мужчина ласкает ее всю — грудь, спину, руки… Она склоняется над ним, целует робко, а он, как оголодавший, накидывается на ее губы. Ксения не замечает, как начинает тереться промежностью о его пах, и он шипит. Даже легкий хлопок сверхчувствительная головка воспринимает, как наждачку.

— Больно? — растерянно.

— Нет. Просто сними… — проводит пальцем по краешку слипов.

Девушка встает с него, нерешительно стаскивает белье, и он залипает на ее маленькой, худенькой попке. Ксения бросает на него несмелый взгляд через плечо.

— Возвращайся, милая.

Она робко поворачивается и быстро забирается на него абсолютно голая. Он опускает взгляд. Раскрытая из-за позы, насыщенно-розовая, припухшая, с влажно поблескивающим клитором… Обалденно красивая! Стонет, не в силах сдержаться.