Туманный вирус

— Ты вдвойне дурак, потому что меня разозлил.

— И что будет? — спросил Белов, стараясь не пропустить возможный выпад противника. — Второй ножик достанешь?

— Могу и без ножика обойтись.

Обнажив неровный ряд желтоватых зубов, Ертаев убрал оружие.

— Чур, не кусаться! — воскликнул Белов.

Это была довольно удачная, но, к сожалению, его последняя шутка на текущий момент.

XV

Должно быть, Ертаев успел ударить его дважды, потому что у него одновременно и дыхание перехватило, и сердце сбилось с ритма. Сами удары в корпус, стремительные, как броски кобры, Белов пропустил, воспринимал только их тяжелые последствия, пока шатался, сопротивляясь закону земного притяжения.

— Ну как? — участливо полюбопытствовал Ертаев. — Продолжим?

Так и не решив, приемами каких из восточных единоборств он обладает, Белов попытался предпринять контратаку. Но казах оказался прекрасным бойцом, а техника его была отточенной. Он сразу же блокировал выпад и нанес ответный удар по руке Белова, парализовав мышцы.

— Есть предложение, — сказал он. — Вопросы буду задавать я.

Белов пожал плечами, демонстрируя всем своим видом, как болезненно дается ему каждое движение.

Выдержать спарринг со столь опасным противником после нокдауна он не рассчитывал. Полагаться можно было только на один удар, внезапный, точный и сильный. О второй попытке нечего было и мечтать. Если не удастся вырубить Ертаева, то это конец.

— Спрашивай, — пробормотал Белов, преувеличивая свои страдания.

— Где Сапаров? — начал Ертаев.

— Убит, — соврал Белов. — Напал на меня в аэропорту. Пришлось его убить.

— Зачем бы он на тебя нападал?

— Откуда мне знать.

— Ты врешь.

— Когда он упал, с него свалился парик, — сказал Белов.

 — И его телефон у меня. Какие тебе еще нужны доказательства?

Звучало это достаточно правдоподобно и убедительно. Поразмыслив, Ертаев кивнул.

— Хорошо, — произнес он. — Тогда скажи мне…

— Мне нужно сесть. — Белов поморщился. — Помоги дойти до скамейки.

Он показал туда глазами. Ертаев машинально обернулся и тут же опомнился. Но было поздно. Кулак Белова молниеносно ткнул его в шею, впечатав костяшку среднего пальца точнехонько под правую азиатскую скулу."

"Ертаев осел на колени, потом рухнул лицом вниз. Не он один изучал болевые точки на теле человека.

Белов попал туда, куда метил. Такой удар гарантировал пять минут полного беспамятства.

Изъяв у казаха нож, Белов доволок его до той самой скамейки, на которую указывал, усадил, распорол на нем рубаху и нарезал лент, которыми связал заведенные назад руки. Потом, когда дело было сделано, отхлестал Ертаева по щекам. Когда тот открыл глаза, они были у него на удивление круглыми. Сородичи, пожалуй, не признали бы его в таком обличье.

Белов закурил и, лениво пуская дым, стал задавать вопросы.