3
0"Глава 1
– Привет, меня зовут Микки, и я неудачница.
«Приве-е-е-ет, Ми-и-икки», – должен был протянуть хор усталых голосов в ответ, но я находилась не на собрании анонимных социальных отбросов, а в баре, поэтому мне протянули лишь очередной шот с текилой.
– Дерьмовый день? – спросил чей-то низкий насмешливый голос.
Я повернула голову и увидела сидящего рядом со мной парня. Благодаря неоновой подсветке, вмонтированной в барную стойку, его голубые глаза светились, как у разъяренного Тора в «Мстителях»1, и их гипнотический взгляд был направлен прямо на меня.
Я вздрогнула.
Этот чертов красавчик был горячее самого Криса Хемсворта2: светлые густые волосы с зачесанной назад длинной челкой, правильные черты лица и безупречно гладкая кожа. Не удивлюсь, если у парня заключен рекламный контракт с «Lab Series» или «Clinique». Черный облегающий джемпер демонстративно подчеркивал рельефы тугих мышц, а швейцарские часы на левом запястье наверняка стоили дороже моих почек.
Интересно, как этот Мистер Совершенство вообще оказался в Саутсайде? Сломался навигатор?
– Дерьмовая жизнь, – ответила я, снимая дольку лайма с горлышка, и залпом проглотила противную бесцветную жидкость.
– Меня зовут Эш.
Боковым зрением я заметила, как парень придвигает свой стул ближе.
– Зря теряешь время, Эш.
Покачивая головой в такт музыке, я постепенно впадала в транс. Уродливые воспоминания о событиях сегодняшнего дня медленно размывались текилой, сливаясь в единое черное пятно. Я неспроста выбрала ее. Текила неплохо ладила с моим организмом и моментально уносила мой до крови избитый проблемами разум в беззаботный Алколэнд.
Я помахала бармену и жестом велела повторить заказ.
– Я угощаю, – свежее сладковатое дыхание защекотало правое ухо, и я поморщилась от отвращения.
– Отвали.
Мягкий смех парня проглотил оглушительный хип-хоп. Тощий молоденький бармен удивленно вскинул брови и посмотрел на меня так, будто я неожиданно покрылась драконьей чешуей. Он поставил на стол металлический шейкер, наклонился ко мне и прошептал:
– Это же Эш Сандерс. Чикагский Орлан.
– Оке-е-ей, – протянула я, поворачиваясь лицом к прилипале Эшу. – Знаешь, приятель, мне плевать, кто ты – орлан, филин или долбанная канарейка, я все равно говорю тебе: ОТВАЛИ.
Кажется, мои слова развеселили громилу еще больше. Теперь он буквально задыхался от смеха, сжимая в лапе, размером с бейсбольную перчатку, банку безалкогольного рутбира3. Его рукава были закатаны до локтей, обнажая мускулистые предплечья с выступающими венами. Я старалась не глазеть на него, но это было трудно.
– Черт, меня не отшивали девчонки со времен средней школы, – искреннее изумление на лице Эша невольно вызвало у меня улыбку.
