– Мы нашли того, кто его посадил, – перебил меня Дегтярев и стал рассказывать про мусорщика Николая, про лекарство, которое нашли в моем анализе крови…
Аристов, не демонстрируя никаких эмоций, выслушал полковника и грустно произнес:
– Похоже, вы решили, что я негодяй, который поставил перед собой цель лишить жизни Дарью. Сначала заманил ее в заброшенный дом и сбросил в подвал. Она чудом осталась жива и, проявив смекалку, оказалась на воле. Но ужасный преступник не сдался. Он нанял человека для посадки куста ежевики, изобразил падение в него, толкнул жертву и ухитрился ввести ей лекарство.
– Препарат, который мне ввели, вовсе не безобиден, – возразила я, – он коварен, начинает действовать через пару дней после того, как попал в кровь. Сначала давление поднимается ненамного, потом оно становится все выше, выше… И я сижу перед вами веселая, здоровая не от того, что медикамент пустяковый, а по причине настойчивости Марины, жены полковника.
Аристов поморщился."
"– Вижу, душенька, что в ваших глазах я некто вроде Нерона, злостного отравителя людей. Но каким образом я причастен к происходящему? По вашим же словам: мусорщика наняла дама. А я, даже при нанесении грима, никак за представительницу прекрасного пола не сойду. И проясните, с какой целью мне лишать жизни очаровательную женщину, с которой я свел шапочное знакомство? У нас с Дашенькой нет никаких трений.
Дегтярев нахмурился.
– Мы работаем по просьбе Анны Волковой. Вот она, сидит в кресле, молчит.
Михаил Петрович улыбнулся.
– Рад встрече. Если вы намекаете, что эта очаровательная девушка – моя незаконная дочь, то я готов сдать анализ ДНК.









