10
0Когда за тобой заехать?
Я задумалась. Ехать в незнакомое место и расспрашивать соседей лучше всего после десяти утра. Самый словоохотливый контингент — старушки-кумушки-нянюшки, — появляется во дворах не раньше, чем весеннее солнце качественно прогреет скамейки.
— Встретимся в сквере у дома Кутеповых в десять. Устроит?
— Устроит.
— Тогда до завтра.
Мы распрощались, и я на цыпочках поволокла талмуд в конторку повара. Не знаю, смогу ли я когда-нибудь отвыкнут от стыда за подобные деяния, но в ту ночь, пробираясь на кухню, я чувствовала себя засланным казачком.
Возле дома, к которому меня подвез Антон, не было ни нянюшек, ни кумушек. Частный сектор почти в центре города, избушки вперемешку с дворцами, и никаких соседей у плетней. Я сама не так давно жила в похожем месте, о чисто деревенской подозрительности обитателей одноэтажной России знала не понаслышке и, говоря честно, — приуныла. Тут с расспросами близко не подпустят. Предпочтут спустить собаку и лично облаять из-за забора.
Однокурсница и подруга Ренаты с напевным именем Любава жила в одном из кирпичных, но не чрезмерно шикарных домов. Оштукатуренное здание не изобиловало башнями и минаретами, на крыше не стоял букет из ромашек спутниковых антенн, в общем, впечатление домик производил приятное и ненавязчивое. Тихий переулок впечатление усиливал. О Любаве я уже неоднократно слышала от Ренаты.
— Ну, что будем делать? — выплескивая голосом уныние, сказала я.
— Закон нарушать, — буркнул Антон.
— Серьезно?
— Сейчас увидишь, — ответил бодигард, вышел из машины и направился к пожилой женщине, медленно бредущей по переулку с огромной сумкой в руке, из которой торчал пучок зелени и перья зеленого лука. Судя по направлению и запасам, тетушка топала от Центрального Рынка и явно была местной — она на ходу доставала из кармана жакета связку ключей.
Когда один из них был вставлен в скважину замка ворот нужного нам дома, Антон встал у нее за спиной:
— Добрый день. Следователь городской прокуратуры Антон Сергеевич Ковальчук.
Женщина охнула и едва не выронила сумку. Прижавшись спиной к воротам, она испуганно смотрела на красную корочку, предъявленную глазам, и заметно бледнела:
— Я так и думала, — вздохнула, наконец. — Долго же вы до нас добирались…
Антон сурово оглядел тетушку, забор и прилегающую территорию:
— Однако добрались, — буркнул.
— Ну, проходите, коли так, — оправившись от неожиданности, пропела женщина и пригласила нас в дом.
Поднимаясь по крыльцу за спиной «следователя прокуратуры Антона Сергеевича», я уткнулась носом в его воротник и ехидно прошептала:
— Где удостоверение спер?
— Где спер, там уже нет, — в тон ответил охранник и, сняв куртку, повесил ее на оленьи рога, прибитые над шеренгой тапочек в прихожей.
