10
0Вероятно, именно по этому, если вспомнить слова Андрея, повар ушел из дома пятнадцать минут шестого. И если судить по книге, он не нарезал для девушки даже бутербродов.
Получается, что, пообедав, дочь Кутепова шесть часов сидела дома, писала реферат и ни разу не попросила чашки чаю. Это за работой-то? Редкое упорство. А если верить записям Сидора Поликарповича, то вообще небывалое. Как любитель «перекусов» Рената чаще всего встречалась в его отчетах.
Рената была сыта? Она собиралась ужинать вне дома?
Или ее вообще там не было?
Вопросы. Предположить можно всякое. Например, голодную забастовку или визит к няне Нюсе за чебуреками…
Нет. Нюся говорила, что она вообще два дня Ренату не видела.
Значит ужин с друзьями? Ресторан? Забегаловка? День рождения?
Черт, как же это выяснить?!
Пригласить Кутепова, сунуть ему под нос талмуд и потребовать ответа, почему-то не хотелось.
Ренату и Наталью Александровну тоже не спросишь. Для них я бедная итальянская племянница, а не резвый, российский сыщик.
Слепо глядя перед собой, я нашарила на столе сотовый, все так же, не глядя на телефон, пробежала большим пальцем по кнопкам, и после возникновения в трубке глухого баритона, поздоровалась:
— Привет, Антон. Как дела? Мне нужна твоя помощь. Очень нужна. — Андрея я отослала на другой конец страны и кроме как к Антону мне обратиться было не к кому.
Начальник личной охраны Туполева, почему-то всегда очень серьезно относился к моим словам и потому, произнес деловито:
— Какая конкретно?
— У тебя есть связи в службе противоугонного спутникового слежения за автомобилями?
— Разумеется.
Кто бы сомневался. Дорогие, охраняемые тачки олигарха, думаю, обеспечивают неплохую прибыль этой службе.
— Ты не мог прямо сейчас съездить к этим ребятам и узнать, где находилась машина дочери Кутепова двенадцатого апреля в шесть часов вечера? Я слышала, что ее «Рено» снабжен этой системой, и, по-моему, у них какое-то время хранятся записи передвижения объектов…
— За ограниченный период времени, — вставил Антон. — Хорошо, съезжу. Прямо сейчас?
— Если можно. А то я рехнусь от скорбных мыслей, и решу, что меня тут все дурят.
— Уже поехал, — сказал Антон и отключился.
Начальник личной охраны Туполева был показательно немногословен. Говорливость, на моей памяти, нападала на него трижды, и каждый раз по моему поводу. Его необыкновенно удивляло, почему разгадка некой тайны давалась неопытной Софье, существу с помадой на губах, а не ему или ребятишкам из нормальных органов?! Мне трижды удавалось удивить этого, пожалуй, единственного друга Туполева. И как мне кажется, Антон начал питать ко мне некие ч у в с т в а.
Как я пережила час до его ответного звонка, рассказывать не буду.
