14
0У светлых, магия, конечно, другая: стихийная, не ритуальная. Но ее тоже не стоит сковывать зря. И уж точно нужно расслабиться.
Я, как могла, отвлекала Лили разговорами и байками про АТаС. Она слушала меня то с ужасом, то с веселым детским восторгом, который наконец-то начал появляться в ее глазах вместо сдержанности и серьезной внимательности.
— А я однажды тоже разыграла Сэмми! — шепотом призналась она.
— Как?
— Предложила ему тарталетку с малиной!
Я моргнула.
— И что?
Лили воззрилась на меня возмущенно.
— Сэмми не любит малину!
Ах, ну если не любит… Это меняет дело.
Некоторое время мы еще играли втроем. Лили гасила костры Бенджамина наперегонки с Вив, я — ждала удобного момента и поглядывала за ограду.
Дело в том, что особняк Лайтвуда располагался в самом сердце территории светлых, на оживленной улице — и это было мне весьма на руку.
— Ура! — обрадовалась Лили, глядя на дым, оставшийся от довольно крупного костра.
Они с Бенджамином ударили друг друга по рукам, Вив подпрыгнула и боднула Лили в плечо. Лили, которая раньше даже подходить к Вив боялась, почесала пушистую мощную шею.
Отлично.
— Лили, — позвала я. — А что бы ты сделала, если ты на месте той скамейки стоял Белз?
Бенджамин непонимающе нахмурился, Лили оглянулась. Встала с травы, на которой сидела, подняла руки, сделала крохотное движение, как будто толкала невидимую стену и…
Скамейка, молниеносно пролетев в воздухе несколько футов, врезалась в витую изгородь особняка и разлетелась на ошметки с громким треском. Одна только магическая завеса не дала щепкам разлететься по дороге и задеть прохожих.
Наконец-то! А магический резерв-то у нее ого-го!
Лили испуганно закрыла лицо руками, Бенджамин издал восторженное “Вау” и побежал рассмотреть то, что осталось от скамейки, повнимательнее.
С другой стороны улицы раздались аплодисменты.
Обернувшись, я увидела нескольких светлых мужчин. Симпатичные.
Я уже плотоядно улыбнулась, но отдернула себя.
Сейчас не время.
— О, Триединый, — прошептала Лили, краснея. — Это же Джереми, он все видел…
Еще бы не видел! Уж не знаю, кто из них Джереми, но это не так уж важно: смотрели на Лили все светлые с одинаковым восхищением.
— Иди, поздоровайся! — подтолкнула я ее и на всякий случай добавила: — А то невежливо.
Наблюдая, как Лили, с распущенными волосами, раскрасневшаяся, смущенная и только что продемонстрировавшая внушительные магические способности, разговаривает со светлыми джентльменами, я блаженно улыбнулась.
Отлично.
Кажется, дело сдвинулось с мертвой точки.
Была у моего дорогого брата одна особенность.
Интуиция.
Дар, можно сказать.
Он буквально нюхом чувствовал, когда очередная его пассия готова сорваться с крючка, начать новую жизнь и, может быть, даже выйти замуж.
