7
0
А может, мне только так казалось?
Лайтвуд! Это все из-за тебя!
Я вспомнила тяжелый взгляд синих глаз, мрачную ухмылку, светлые волосы, падающие на лицо, когда он наклонял голову, широкие плечи, теплые немного шершавые руки… О чем я?
Ах, да.
Я не пойду за тебя замуж, Лайтвуд!
Замерев, я топнула ногой. Белая ткань широкой и длинной ночной сорочки качнулась, почти прозрачная в ярком лунном свете.
“Вы бы прикрылись, мисс Медея. За светлого же замуж собрались”.
Я замерла.
Ренфилд! Ты ж мой… приду домой — поцелую!
Оглядев пустынную улицу, я решительно свернула в узкий переулок, направляясь в ту часть города, где жили светлые. Шлейф ночной сорочки тянулся за мной с тихим, но отчетливо слышным в тишине шорохом. Стоило пройти пару десятков шагов, как навстречу выскочил какой-то мужчина с блестящим в свете луны ножом. Лица я не видела, но поворот был интересный.
Хм…
— Уважаемый, — сладко позвала я. — А вы убивать или грабить? А может... что-то поинтереснее? Обозначьте намерения? Ну куда же вы, уважаемый…
Эх.
Ладно, все равно не было настроения развлекаться.
У меня есть дело этой ночью.
Если Лайтвуд не хочет убежать от меня добровольно — я его заставлю.
Светлые высоко ценили целомудрие. Темные моралью в целом обременены не были, конечно. Несмотря на это, об этой стороне жизни я никогда не думала. Не то чтобы берегла себя для брака (это было бы слишком по-светлому), но... мне казалось, этот момент должен быть особенным. С человеком, который не оставит мне выбора. Это было бы романтично.
Что ж...
Я соблазню Лайтвуда до свадьбы. Сделаю вид, вернее. И ничего больше! Но идти до конца и не понадобится, даже поцелуев не будет.
Лайтвуд во мне разочаруется, как только разгадает мои намерения. Поймет, что темная — это не просто слова.
И откажется от женитьбы.
Всего-то!
Особняк Лайтвудов на территории светлых (куда мне, по-хорошему, без разрешения соваться не стоило) отыскать было несложно.
Огромное строение в три этажа из белого камня, прячущееся за тонкой витой оградой.
От меня не спрячешься!
Я принялась карабкаться вверх, ругаясь про себя. Вот кто так строит? Неудобно же лезть, кованные листочки эти на столбах мелкие, ступни соскальзывают…
Спрыгнув вниз, на мягкую траву, я оглядела окна, свет в которых не горел. Отлично, все спят. То, что надо!
Но где же комната Лайтвуда? Я снова оглядела особняк.
— Утром поговорим, — раздался вдруг тихий мужской голос, и я замерла.
Спустя несколько секунд я сообразила, что голос раздавался из приоткрытого окна на втором этаже.
Присев и спрятавшись за куст, я присмотрелась. Уже спустя несколько секунд мое сердце радостно заколотилось: в окне мелькнула тень: высокий, широкоплечий — точно Лайтвуд!
А там — его спальня, должно быть. В кабинете бы свет горел.
Хлопнула дверь, и я замерла.
