1
0Предполагаю, слуга будет ссылаться на то, что я не давала указаний на подобный случай, и он действовал по правилам и в интересах рода, — уткнувшись лбом в плечо Игоря, глухо пробормотала: — Почему, ну почему они ничего не делали?!
Разумовский осторожно отстранил меня. Затем, внимательно посмотрев в глаза, сказал:
— Каждое решение подразумевает ответственность. Твоя подруга и вассал молода и неопытна, однако это не освобождает ее от ответственности. Проявив трусость и малодушие, Тимирязева сделала выбор — ничего не предпринимать. Происходящее — лишь следствие, но у всего есть причина.
Видимо, давая время осмыслить свои слова, князь неожиданно встал, устроил меня на кровати, а после вольготно улегся рядом. Встретив мой вопросительный взгляд, безапелляционно заявил:
— Сегодня ночуешь здесь, — и пояснил: — У нас обоих был тяжелый день. В горизонтальном положении удобнее. Не нервничай, — Разумовский лукаво улыбнулся.
Право слово, ну что он со мной, как с юной девушкой? Нервничать из-за того, что лежу с ним в одной кровати уж точно не собираюсь. Придумал же!
Поморщившись, с укоризной взглянула на мужчину. Поймав его спокойный взор, внезапно осознала: он так не считает. Просто таким вот нехитрым способом разряжает атмосферу.
С тихим смешком покачала головой, давая понять, что разгадала замысел. Затем вновь стала серьезной. Устроившись на подушках поудобнее, задумчиво произнесла:
— Думаю, причина такого поведения Кати в инфантильности. Ей предстоит повзрослеть.
— Вот видишь, — Игорь усмехнулся, — сама все знаешь, — неожиданно князь нахмурился. — Фролов — отличный воин. Там, в шахте, я не мог понять, отчего он выкладывается сверх всякой меры. Словно нарочно себя гробит. Теперь все встало на места.
— О чем ты?
— Помимо клятвы верности существует кодекс воина. Воин обязан беспрекословно подчиняться господину. За ослушание — смерть, господин лично отрубает голову, — невозмутимо сообщил жуткую новость Разумовский. — Если господин до наказания неожиданно умирает ненасильственной смертью, провинившийся воин не имеет права лишить себя жизни. Он должен существовать с этим чувством неизбывной вины, обязан продолжать верой и правдой служить роду. Однако целенаправленно погибнуть при выполнении долга не возбраняется.
— Ужас какой! — пробормотала и, не удержавшись, нервно передернула плечами. — Подожди, — непонимающе посмотрела на князя. — Получается, Василий клятву не нарушил, иначе магия за предательство покарала бы мгновенно. Тогда… он меня не послушался? Но в чем?! Почему хотел умереть-то?
— Ты не давала указаний на случай, если внезапно исчезнешь, — ответил князь строго.
