1
0Под лукавым взглядом Игоря сняла ее, положила рядом на диванчик. Обратив внимание на ступни князя, на миг замерла: он в белоснежных носках, а я в теплых кроссовках.
Разумовский заподозрил, что его боюсь? Да с чего бы?
Сохраняя невозмутимость, быстро сняла обувь, поставила сбоку от дивана. Задумчиво нахмурилась, и в тот же миг сильные руки Игоря обняли. А после мужчина вновь усадил к себе на колени.
Прижимаясь к его груди, неожиданно поняла, что улыбаюсь. Хорошо было неимоверно!
Сожалея о скоротечности этого волшебного момента, вздохнула и начала говорить:
— Катя Тимирязева из обнищавшего дворянского рода. Семья — мать, пять незамужних сестер. В деньгах очень нуждаются. Учимся с ней в одном классе. Сдружились, решила поддержать. Поселила в своем доме, сделала помощницей, — грустно усмехнулась. — Она действительно умная девушка, и в роли помощницы не разочаровала, и с близняшками быстро поладила. Поэтому даже особо не думала, принимая у нее вассальную клятву в родовой часовне Изотовых, — помолчав, тихо продолжила: — До скоропостижного брака я не сомневалась — мы действительно не чужие друг другу люди. А слуга… Василий Фролов и вовсе был поначалу единственным воином рода. После стал моей правой рукой, на нем безопасность рода и посредническая деятельность. Я же безоговорочно ему верила, думала, уж он-то не бросит в беде! Однажды Потемкин вынудил меня поговорить с Василием по телефону. Пришлось сказать, что все хорошо и вернусь сама. Да, я практически приказала меня не искать, но надеялась, что догадается, — закусив губу, сглотнула внезапно вставший в горле ком и с горечью призналась: — И ведь не только относилась к Кате и Василию как к членам семьи, а действительно их таковыми считала. Но, когда пропала, они ничего не сделали, хотя точно знали — не могла просто так исчезнуть, бросить семью, — с силой потерев лоб, прямо посмотрела на Игоря. — Ни вассал, ни слуга клятвы не нарушили, но я им больше не доверяю.
Замолчав, перевела взор на ночь за окном. Подсвеченные отблесками желтых фонарей, с неба медленно падали хлопья снега.
В уютно освещенной спальне царила тишина, но не гнетущая. Я чувствовала — Игорь не просто слушал. Он понял.
— Теперь Катя ходит за тобой и просит о прощении? — уточнил князь."
"— Угу, — повернув голову, посмотрела в чертовски умные глаза мужчины. Стараясь в них не утонуть, хрипловатым голосом сказала: — Мол, растерялась, струсила, понадеялась на опытного Василия, — неодобрительно поморщилась. — С ним еще не разговаривала.
