Скелеты в тумане

 – Влепи-ка им бронебойным пониже ватерлинии.

Мы оглянулись – Алешка торопливо закручивал половник и вкладывал второй камень.

На всякий случай мы пригнулись – не знали, довел он прицел до ума или не успел. Рисковать не хотелось.

Оказывается, довел: второй камень вмазался точнехонько в иллюминатор и разнес его на мелкие осколки.

Пираты сиганули с палубы, прихватив с собой деда. Заворчал дизель, катер стал разворачиваться.

Когда он повернулся к нам бортом, дверь рубки приоткрылась, из нее высунулся рупор и прозвучал голос Голландца:

– Завтра жду. Или утопим деда.

В дверь врезался третий камень, и катер трусливо поспешил убраться из наших территориальных вод.

– Я думаю, – важно сказал Алешка в ответ на наши поздравления, – как зажигательный снаряд сделать.

– Не надо, – поспешил притормозить его творческий порыв папа.

И я с ним мысленно согласился. Если Алешку не остановить, он и атомную бомбу сконструирует. Из столовых приборов, ядовитых грибов и старых подтяжек.

– Надо деда выручать, – сказал я. – Сегодня ночью.

– Участкового надо искать, – более практично высказался Алеша. – И накрыть их всех в хижине. Тепленькими взять.

– Где его искать? – не согласился папа. – Пока найдем, они из деда русалку сделают.

И мы решили совершить ночной рейд на остров с целью освобождения захваченного заложника деда Акимыча. Тем более что погода стала нам благоприятствовать – море потихоньку затягивалось туманной пеленой.

Глава XXIII

Заложник

Мы поручили Алешке охрану мамы, а сами стали готовиться к выходу в море. И разработали план операции. С учетом местных и погодных условий, а также психологии преступников.

Отчалив перед самым заходом солнца, мы взяли курс на Волчий остров.

Туман клубился вдоль берегов и, постепенно густея, расползался по акватории."

"Наша лодка шла совершенно бесшумно. Только чуть поплескивала мелкая волна под форштевнем, почти неслышно журчала кильватерная струя да изредка поскрипывал блок шкота. Но эти звуки быстро глохли во влажном воздухе. Казалось, чуть отлетев от лодки, они молча падали в воду и безропотно скрывались в ее глубине.

Быстро темнело. К туману добавились облака, притушившие алые краски заката.

Мы скрытно подошли к острову. Лодка легко коснулась носом берега, и я сошел на него. Папа беззвучно убрал парус и вставил весла в уключины. Я оттолкнул лодку, и она тут же исчезла во мраке. Как «Летучий голландец». Не слышно было ни стука уключин (мы обмотали их полосками мокрой ткани), ни скрипа руля (мы смазали его петли за неимением машинного сливочным маслом).

Теперь я должен терпеливо ждать папиного сигнала.

А он тем временем огибал остров, вглядывался в черноту ночи, чтобы не врезаться в МРБ и не проскочить мимо. Двуединая, так сказать, задача.