6
0– Могу поинтересоваться, как вас зовут?
- Эдда, - без запинки говорит девушка. – Эдда Шаторн, я тоже из тех мест.
- Надо же! – картинно вскидывает он брови, и мне кажется, они так могут долго препираться. А ещё отчего-то подозрение, словно они знакомы."
"- Война закончилась? Генерал Ринальд одержал победу? – интересуется Эдда. Значит, она действительно знает об империи. – Вы беспрепятственно пересекли границу?
- Не думал, что женщины увлекаются политикой, - выдаёт на её тираду Виджен, когда в аптеку врывается один из троллей, возвещая, что горит городская ратуша и есть жертвы.
Генри тут же вручает мне ребёнка, сбегая на помощь.
- Разве вы не хотите помочь местным жителям? – интересуюсь у мужчины, и он согласно кивает.
- Покажите мне место?
Разыскать горящее здание не составит труда, но вдруг там нужна и моя помощь. Потому прошу подождать, пока поднимусь и возьму корзинку для ребёнка.
Со второго этажа вижу пожар, надеясь, что его успеют потушить быстро. Беру необходимое и иду к лестнице, когда слышу разговор.
- Перестань ломать комедию, Лила, - шипит аптекарь. – Что с тобой произошло? Ты нашла то, что нам нужно?
Лила? Но так звали кошку!
- Знать бы, что это, - слышится усмешка от девушки. – И убери свою руку, мне больно.
- Если…
Но Элиана издаёт звук, и мне приходится спуститься. Мне не узнать, о чём они говорили, но теперь я в курсе, что аптекарь не тот, за кого себя выдаёт. Как и девушка, которая на самом деле с ним точно знакома. Потому что, по всей видимости, она – оборотень.
Глава 49
Перед ратушей многолюдно. Народ суетится, передавая друг другу вёдра с водой. Сейчас бы кого-то с водной магией, только в Аверне мало кто обладает вообще хоть какой-то силой, если не считать физической.
Вижу, как Генри появляется в облаке чёрного дыма, вынося на руках какую-то женщину, и спешу в его сторону, дабы оказать помощь. Любопытная Элиана пучит глаза и пытается выбраться из корзинки. Кажется, следует придумать для неё что-то другое, потому что та стала ей мала.
- Осторожнее, - командую орку, смотря на безжизненную девушку. – Расступитесь, - ставлю корзинку с ребёнком на землю, тут же раскидывая руки, чтобы жители меня услышали. Отталкиваю тех, кто слишком настырный или наглый. – Нужен свежий воздух, - обращаюсь к троллю, который мешает, уверенно смотря в глаза, - живо, - прикрикиваю, и он отходит.
В глазах собравшихся, я - женщина, которая слишком многое себе позволяет. Но на деле – врач, что попробует спасти чью-то жизнь. И плевала я на местные обычаи, если из-за расшаркиваний потеряю пациента.
Пытаюсь разыскать пульс – тщетно. Отравление угарным газом даже здесь – реальность, а потому начинаю реанимацию по запуску сердца через дыхание рот в рот. Наверное, со стороны это выглядит безумно странным.
