Предатель

Глупые презенты

Иван проводит со мной еще около двух часов, канюча о прощении и выступая с речами о любви. Смотрю на него и понимаю, что мои чувства к нему прошли.

Исчезли.

Испарились.

Огромная любовь, которую я питала к мужу, умерла.

Разве я могу забыть эту мерзость и грязь, в которых он меня искупал?

Нет.

Никогда.

Ваня прощается, предупредив, что едет к отцу. Зачем? Его высокопарные монологи не тронут папу, в этом я уверена. Как и меня он мало убедил в своих неземных чувствах и огромном сожалении.

Не жалеет он, что спал с Соней, только о том, что его разоблачили.

Встаю с постели и достаю расческу с острым концом, лопаю шары, которые принес якобы влюбленный и провинившийся муж.

Не нужны мне его признания и фальшивые сюрпризики. Лучше бы вернул шкатулку, а не тащил шары, которые я терпеть не могу всю жизнь, и он об этом знает.

Следом беру букет и собираюсь выбросить его в урну, но потом становится жалко. Розы-то при чем?

Не спеша иду на пункт, где сидят медсестры, и отдаю им увесистый веник. Девочки улыбаются презенту и начинают с ним фотографироваться. Хоть кому-то радость...

Розы я тоже не очень люблю, но супруг, словно с амнезией, притащил все то, что не мило моему сердцу, но является стандартным набором для женщин и мужчин.

Странно, что еще шоколадный торт не захватил, был бы полный комплект. Про шампанское и вовсе молчу.

Принести беременной жене бутылку алкоголя, пусть и самого элитного и дорогого, выше моего понимания. Неужели он действительно представлял меня распивающую с ним игристое и отмечающую примирение? И откуда деньги, на такие напитки?

Интересно, это я была слепа столько лет, или Иван подурнел буквально за пару недель? Смотрю на него и не понимаю, за что я могла любить этого мужчину.

Холить, лелеять, вкладывать часть души и, главное, не замечать никаких минусов.

Да уж… пожалуй стоит полюбить себя и проработать проблемы, так как учитывая выходки Ивана, думаю, что я просто не ценила себя как личность и не уважала.

Шампанское решаю отдать врачу, пусть порадует свою девушку или жену, не суть важно. В любом случае милый презент не повредит.

Возвращаюсь в палату и пытаюсь сообразить, как же мне быть дальше.

Прощать Ваню я, конечно же, не намерена, но для того, чтобы получить желаемое, мне придется блефовать.

Пусть верит в то, что его измены и свинское отношение можно прикрыть словами «Я раскаялся» и жить дальше, словно ничего не случилось.

Набираю Егора Алексеевича и рассказываю о своих планах и новых вводных:

- Не переживай, Ксюша, мои люди все уладят, тебе не придется беспокоиться на этот счет. Единственное, давай проверим вашу организацию на долги, сдается мне, там огромные суммы и не хочется вешать на тебя убыточное дело, - рассуждает Самойлов.

- Долги есть, но я готова с ними разобраться.