Предназначенная

Надеюсь, меня отправят в родной мир, а не забросят по случайности куда-нибудь еще. Хотя Рейдену какая разница. Он горит желанием вернуть подопечную. До меня ему нет дела. Вон как смотрит – настоящим волком. Даже перекидываться не надо.

Под этим взглядом я чувствовала себя неловко. Хотелось сжаться и стать невидимкой, но я лишь обхватила себя за плечи. Такой защитный жест – не трогай меня, я в домике.

Он и не трогал. Просто смотрел. Молча. Прожигая глазами дыру размером с кратер от метеорита прямо в моем сердце. Я раньше думала, как это – когда смотрят прямо в душу.

Пора было скинуть оцепенение. Мы оба понимали это и в движение пришли одновременно. И я, и Рейден сделали шаг вперед, не задумываясь, что в итоге шагнули навстречу друг другу.

Сейчас нас разделяло расстояние в полметра, не больше. Духи выветрились за день, мой запах взял над ними верх, и это сыграло с нами злую шутку. Рейден, столь успешно контролирующий себя в течение дня, теперь едва сдерживался. Я прямо посочувствовала ему: у оборотня нюх острее, ему тяжелее вдвойне. Меня накрывает, только когда он рядом, а Рейден улавливает мой запах даже с другого конца комнаты.

Мужчина толкнул меня обратно к стене и навис надо мной. Когда он стоял так близко, я теряла способность связно мыслить. Меня словно чем-то опоили. Или в воздухе распылили какой-то яд? Точно! Я отравлена. Иначе объяснить свою реакцию не могу. Меня трясло, сердце колотилось как ненормальной, то и дело сбиваясь с ритма. Так до аритмии недалеко.

Морок, сумасшествие – называйте, как хотите. Факт в том, что мне не под силу это побороть. Страсть из раза в раз одерживала надо мной сокрушительную победу, сколько я ей не противилась.

Чуть отклонившись назад, мужчина заглянул мне в лицо:

— Ты хоть понимаешь, что между нами происходит?

— Это какое-то наваждение, — сбивчиво ответила я. — Я не в силах с ним справиться. Меня затягивает все глубже. Я словно заболеваю, мы оба больны. Друг другом. Я не знаю, как…, — говорить было сложно, приходилось буквально выталкивать слова по одному: — с этим… бороться. Научи.

Я сказала чистую правду. Эмоции, которые переживала рядом с Рейденом, пугали меня. Они были слишком яркие, слишком сильные, слишком глубокие.

— Прости, я не могу помочь, — покачал он головой. — Это не поддается контролю. Тебя будет ломать и лихорадить. Не существует средства, способного заглушить зов.

— Но разве…, — я так и не договорила.

Он понял и объяснил:

— Элис и Арон – диады. Но ты – не Элис. Или не совсем она.

— Получается, мы с тобой…, — я снова не закончила фразу.

Рейден, коротко кивнув, произнес жестко:

— Но это ничего не значит. Элис вернется и все снова встанет на свои места.