Опасный пациент

Но отчего же это ее так расстроило?

– Ты что замолчала? – спросил Герхард.

– Не знаю, что говорить… Настала пора, когда все люди доброй воли должны прийти на помощь нашему пациенту. Юркая рыжая лиса прыгнула на перепуганную лягушку. Мы все стремимся ступить на широкую дорогу, ведущую на небеса… – Она замолчала. – Хватит?

– Еще немного.

– Мэри, Мэри, милая малютка, как всходят цветы в твоем садике? Извини, дальше не помню. Как там дальше? – Она засмеялась.

– Все отлично. Я установил уровень записи.

Росс поглядела на динамик.

– Ты будешь проводить интерфейсинг в конце сеанса?

– Вероятно, если все хорошо пройдет.

Род торопится посадить его на транквилизаторы."

"Она кивнула. Это была финальная стадия лечения Бенсона, которую требовалось завершить до начала курса приема транквилизаторов. Бенсона держали на седативе – на фенобарбитале – до прошлой полуночи. Сегодня утром действие седатива должно было полностью пройти: Бенсон теперь был готов к интерфейсингу.

Это Макферсон изобрел термин «интерфейсинг». Макферсон обожал компьютерную терминологию. Интерфейсом называется граница между двумя системами или между компьютером и эффектором.

В случае с Бенсоном это была практически граница между двумя компьютерами – его мозгом и маленьким компьютером, находящимся у него под кожей плеча. Контакты были подсоединены, но система еще не включена. Как только будет нажата соответствующая кнопка, возникнет цикл обратной связи: Бенсон – компьютер – Бенсон.

Макферсон рассматривал этот прецедент только как первый из множества последующих. Он планировал перейти от эпилептиков к шизофреникам, потом к умственно отсталым, потом к слепым.

Истории болезни кандидатов были расставлены на полке в его кабинете. И он планировал использовать все более совершенные компьютеры. Постепенно он рассчитывал перейти к проектам вроде «Формы Кью», которую даже Росс считала слишком преждевременной.

Но сегодня главный практический вопрос заключался в том, какой из сорока электродов способен предотвратить припадок. Никто этого пока не знал. Это можно будет определить только экспериментальным путем.

В ходе операции электроды были установлены с предельной точностью – непосредственно в зоне ввода, с погрешностью до одного миллиметра.

С хирургической точки зрения все прошло просто замечательно, но, учитывая плотность мозгового вещества, ввод оказался очень неточным. Диаметр нервных клеток мозга составляет микрон. А в миллиметре пространства находятся тысячи нервных клеток.

С этой точки зрения электроды, можно сказать, были установлены весьма приблизительно. А это значит, что требуется множество электродов.