2
0— К мужикам не приставай! Они все сволочи, только я один приличный.
— Шагалов… — хихикает, пытаясь поймать меня за ухо.
Выворачиваюсь.
— К девочкам тоже не советую. Они тебя плохому научат. А я сам претендую — научить. Ни с кем, никуда! Жди меня.
У лестницы, засомневавшись, прошу охранника приглядеть за девушкой.
Обшариваю ее карманы в плаще. Телефона нет. Заведение дорогое, везде камеры, здесь из карманов не таскают. Тем более, что деньги на месте — несколько одинаковых купюр.
Может, в машине выронила?
Но идти на стоянку — это долго. А мой пульс учащается с каждой минутой, которую она там сидит одна, без меня, без телефона…
Нет.
— Макс! Шагалов!
Знакомые парни. Здороваемся за руку.
— Давай к нам?
— Я не один! — перекрикиваю музыку, мы у самых колонок.
— Вместе давайте.
Отрицательно качаю головой.
— Не в этот раз.
Не хочу «разбавлять» и отвлекаться от нее. Мне обещан поцелуй, в конце концов! И если мы будем одни, есть шанс затянуть и углубить это приключение.
Забегаю обратно наверх. Падаю к ней на диванчик. Настороженно напрягается. Мне хочется поиграться. Молча забираю ее кисть в руки. Дергается. Не отпускаю.
Ну, давай… Узнай меня!
Глажу пальцем ладошку. Заправляю белую прядь волос за ушко. Обвожу его по дуге пальцем.
— Макс?… — растерянно.
Тянет в мою сторону раскрытую ладонь.
Прикладываю свою. Пульсирует и покалывает!
— Я знаю, что это ты, — прикусывает губу.
— Откуда?! — грозно рычу я, затискивая ее. — Может, это олень какой-нибудь оборзел!
— Стой… Стоп… Хватит! Макс! — смеясь и отбиваясь, выкручивается из моих рук.
Втягиваю ее верхом на себя. Замираем, тяжело дыша друг другу в губы. Мои глаза закрываются. И теперь пульсирует все, как мгновение назад — ладонь. Наши носы соприкасаются.
— Ну? — шепчу я, сжимая тонкую талию.
Ее пальчики невесомо начинают обрисовывать мое лицо.
— Что это? — неощутимо касается еще незажившей заклееной сверху губы.
— Разбита… — хриплю я, тяжело сглатывая. — На спарринге.
— Больно?
— Ну, Ян, — клянчу, задыхаясь. — Мне не там больно. Иди ко мне…
В ушах долбит пульс, горло сжимается. Меня уносит от предвкушения так, что я глохну и перестаю слышать музыку.
— Яночка… — добираюсь пальцами до полоски ее кожи на пояснице.
Горячие губы прижимаются к моим.
Да-да-да! Это такой космос!
Я срываюсь, подхватывая ее рукой за затылок и переставая соображать — кто мы, где мы…
Все словно взрывается и остаемся только мы. А вокруг и правда словно все взрывается и ломается. Музыки нет, крики, шум, грохот. И уже в следующее мгновение, Яну срывают с моих коленей.
В шоке оглядываю беспредел. ОМОН…
Ее держит за талию, прижимая к себе какой-то кабан в балаклаве.
— Эй! Отпустил! — дергаюсь к нему.
Мне заламывают руки, укладываю мордой в пол.
