Одинокий фонарь

Да и вино, которое мы быстро приговорили на двоих, весело тостуя за отпуск, сделало свое темное дело: мысли о теплой, уютной кроватке были уже не такими уж и дурными.

Впервые за две недели мы засыпали не только вместе, но и тесно обнявшись. Я утопала в его запахах, напитывалась теплом и никак не могла успокоиться, чувствуя себя сейчас оставшейся за много километров отсюда Тесси: хотелось и прильнуть, и поцеловать, и поласкаться… Но Макс уже настолько слабо сопротивлялся моим восторгам, что я не стала испытывать больше судьбу и оставила его в покое. В конце концов, впереди еще целая неделя, а я обещала ему отдых.

Следующий день мы просто проспали до обеда. И я бы спала и дальше, если бы кое-кто не начал гладить, целовать и всячески намекать на то, что сон сейчас не самое интересное! Почему-то вспомнилось вчерашнее утро, и я из чистого принципа, подражая Максу, накрылась со стоном подушкой.

– Бунт?! – возмутился, явно улыбаясь и нисколько не меняя курса домогательств.

И когда я ощутила среди поцелуев на спинке, как с меня совершенно беспардонно стягивают трусики…

– Макс, я не хочу! – вывернулась, максимально достоверно отпихивая его.

– Кто такой не хочу? – притворно изумился, подныривая рукой в горячее потайное местечко, и потянулся губами к груди.

– Я на тебя вчера обиделась и еще не простила!.. – брыкнулась и тут же была слегка придавлена сбоку к кровати.

И хотелось бы брыкнуться снова, но невольно закусила губу, прислушиваясь к быстро разливающимся по телу приятным ощущениям от манипуляций в трусиках.

– М-м-м… – проложил дорожку щекотных, чувственных поцелуев по животику. – Вы правы, мадам, – непозволительное для гусара поведение! – обжег дыханием нежную кожу паха. – Я просто обязан извиниться… как следует!"

"– Как… следует?.. – закусила губу, судорожно вздохнув и не в силах более сопротивляться натиску ласковых пальцев и поцелуев.

Ответом мне было увлеченное, сосредоточенное молчание, а через несколько волшебных секунд кружевные трусики улетели на пол.

В самый ответственный момент, когда мне уже казалось, что с телом начали происходить какие-то удивительные, давно забытые вещи, зазвонил телефон Макса. Нет, мы не стали обращать на него внимание, но он, зараза, звонил и звонил с настойчивостью террориста. Макс не глядя запихнул телефон под матрас и снова вернулся к делу. Но классическая мелодия все громче звучала даже оттуда, и уже просто не было сил игнорировать звонок.

– Сейчас, – нежно поцеловал животик и сел на кровати, чтобы ответить на звонок.

– Алло. Да, Ген, говори.