10
0И не тебе говорить о нем с таким пренебрежением, будто он какой-то бомж с помойки…
Все еще истерично крича, я наблюдала, как Макс меняется в лице, застывая на месте. Но остановиться не смогла…
Спустя несколько минут массивная дверь в кухню грохотнула и завибрировала от удара. А через считаные секунды взревел до дрожи знакомый звук «мицубиси». Не поверив в происходящее, я отодвинула дрожащими руками шторку и выглянула в окно. Машины Макса у калитки не было, я не ошиблась. Только мой бордовый джипик сиротливо жался к забору, словно напуганный стеной дождя.
В нерешительности я вытерла руки о полотенце и взяла телефон.
Что делать? Звонить сейчас?.. Он на взводе, вряд ли разговор будет адекватным. Да и меня голос плохо слушается… А если он в аварию попадет, психанув?! А если собьет кого-нибудь?.. И папа тоже хорош!..
Телефон выдал холодные протяжные гудки. Я звонила снова и снова, но трубку никто не брал. Мама распекала папу, тот огрызался, но уже намного спокойнее.
– Что, добился? Этого ты хотел?
– Скатертью дорога, раз такой нежный.
В сердцах я отбросила на стол телефон. Голова болела, ощутимо тошнило, но меня разобрала злость.
– Пап, чего ты от меня хочешь?! Чтобы я жила с человеком, который мне изменяет и не уважает меня? – в глазах стояли злые слезы. – Я развелась с Юркой, развелась, понимаешь? За свои ошибки я уже с лихвой отплатила, а ты все цепляешься за прошлое!.. – размазала слезы, просипев сквозь тошноту: – Не ошибаются только мертвые…
На несколько секунд он замер. Наверное, давно стоило рассказать о своем горе не только маме. Но папа всегда остро реагировал на ссоры в семье. Твердил, что у хорошей бабы мужик гулять не будет, и раз я пошла наперекор его мнению, выйдя замуж, то должна была стоически терпеть до самого конца жизни.
Пошарив по карманам, он чиркнул спичкой перед лицом, раскуривая замусоленную вонючую папиросу. И когда хлопнула входная дверь, мы втроем в надежде обернулись в сторону коридора, но…
– Привет! – послышался беззаботный девичий голос. – А я хлеба купила, меня Колька подвез… А чего все такие мрачные?"
"Оказавшись на пороге кухни, Анька еще раз оглядела нас настороженно. Мне она была рада, судя по улыбающимся хитрющим глазам. Даже несмотря на мрачную немую картину.
– Ой, Катька! – обняла, целуя. – И Дама привезла!.. У-ти мой черноух холосенький…
«Холосенький» с подозрением покосился на протянутые к нему ручки, брезгливо дернул хвостом, видимо памятуя тискания и бантики на хвосте, и решительно направился к миске с видом убежденного аристократа. Правда, с Анькой этот номер не прошел, и за двери кухни Дам удирал от нее уже кругами и совсем не по-царски!..
– Опять ругаетесь? – осторожно спросила Анька, быстро оценив обстановку.
Мама отмахнулась, начав вдруг перебирать посуду.
