10
0
И если он не ответит мне, то я всё-таки выкину эти вещи в ближайшую урну. Зря это не сделала ещё раньше… Но сообщение от Тимура приходит сразу же:
«Я жду в машине на парковке».
Найти чёрную иномарку у отеля «Голд» не составляет труда. Перед тем как сесть в машину Тимура я нервно поправляю ворот свитера и приглаживаю распушившиеся волосы. Волнение? Возможно. Откуда мне знать, в каком расположении духа Тимур сегодня?
Осторожно открываю дверь чёрного авто и сажусь на сиденье. И ловлю дежавю. Как будто вчера я и не уходила.
Тимур всё так же с закрытыми глазами развалился на водительском сиденье полулёжа. На нём всё та же футболка и жуткие штаны. Он подпирает короткостриженым затылком подголовник, а его руки, разрисованные чёрными линиями, скрещены на груди. Но скрещены так, что я четко вижу: да, это были уши Микки Мауса. И на моё появление Тимур реагирует только тогда, когда я произношу тихое:
— Привет.
— Что так долго? — не открывая глаз, выдаёт он.
Я не могу сдержать досадливый вздох. Ясно. Горин любой ворчащей старой бабке конкуренцию составит.
— Вот твои вещи. — Снимаю с плеча рюкзак и протягиваю его Тимуру, который наконец удостаивает меня своего взгляда, распахнув глаза.
Уже меньше, но в них всё равно видны красные нити лопнувших капилляров вокруг зелёно-карих радужек. Да и лицо Тимура уже не такое измождённое и бледное. Он забирает из моего рюкзака джинсы и худи. Первое Тимур бросает назад, на сиденье, второе сразу же натягивает на себя, рюкзак отдаёт обратно мне. А я, поджав губы, жду. И, возможно, моя вера во всё хорошее, что есть на этом белом свете, глупа, но…
— Спасибо, — хмуро произносит Тимур то, что я и ждала услышать. Да, он даже не смотрит на меня в этот момент. Просто опять прикрывает глаза, засунув руки в карманы худи.
Но мои уголки губ всё равно дёргаются вверх. Сказал-таки, не переломился. Только тень улыбки на моих губах сразу же исчезает. Я замечаю на приборной панели полупустой блистер.
— Ты пил ещё таблетки? Опять голова?
— Все окей, — бубнит Тимур.
— Врёшь, — уверенно заявляю я. — Блистеры. Вчера в них оставалось восемь штук таблеток. Сегодня две.
Горин лениво, но всё же приоткрывает глаза. И, сощурив их, сводит брови к переносице:
— Ты всегда такая дотошная?
Но громкий стук в водительское окно заставляет Тимура дёрнуться на сиденье, а за тонированным стеклом я замечаю маячащую фигуру охранника, который жестом выпроваживает нас с парковки.
— Чёрт, — фыркает Горин. — Не мог на пять минут позже подойти…
К моему удивлению, он спокойно выезжает с территории отеля. Даже не пререкается и не грубит. А я недоумеваю:
— А почему нас попросили уехать?
— Потому это парковка только для постояльцев отеля, — Тимур флегматично жмёт плечами.
