10
0
Смотрю на бледного, какого-то неживого Тимура, на его губы, покрывшиеся сухой коркой, и… Через пару минут возвращаюсь в его машину с бутылкой воды, купленной в киоске неподалеку, а заодно выкидываю грязные таблетки в мусор.
Тимур выхватывает воду из моих рук сразу же, и я моргнуть не успеваю, как он уже жадными, громкими глотками всасывает её в себя. Литр жидкости исчезает со скоростью света. И, когда Тимур с тяжёлым выдохом отлипает от горлышка бутылки, я решаюсь спросить ещё раз:
— Ты как?
Горин закидывает пустой пластик на заднее сиденье, упирается затылком в подголовник и блаженно закрывает глаза:
— Всё ещё не сдох.
— Езжай домой, — качаю я головой, смотря на измождённое лицо Тимура. Решаю не спрашивать, почему он не у Пахома. Какая уже разница?
— А я, по-твоему, откуда? Туда точно в ближайшее время не вернусь, — усмехается он."
"Я замолкаю. И в моей голове поднимается рой вопросов. Не вернётся? Он был дома, но не остался там? Так поэтому на Тимуре нет нормальной одежды? Он поругался с семьей?
Но озвучить решаюсь другое:
— Тогда в больницу.
Тимур резко открывает глаза: они всё ещё пугающе красные. Но это не мешает его взгляду быть острее ножа. Я ёжусь, заёрзав на сиденье.
— Мне не нужно в больницу или домой, — через стиснутые зубы проговаривает Тимур. — Ни куда-либо ещё. Мне просто нужно отлежаться, чтобы меня никто не трогал, не видел и не слышал.
И на меня вдруг накатывает волна раздражения. Передо мной человек, который точно не находится в отличном физическом и моральном состоянии. Он звонил мне, крича в трубку от боли, а сейчас ещё на меня же и злится. Твоё добро другим нужней тебе, чем им — это точно про Тимура Горина, про упёртого, хамоватого барана. Хлопнуть бы сейчас дверью его иномарки, да так, чтобы полулысая башка действительно взяла и раскололась. У меня даже пальцы сжимаются от этого желания, но… Я делаю один глубокий вдох и быстро считаю про себя до пяти. Выдох.
— Тимур, я не знаю, что произошло у тебя, но так нельзя, — говорю твёрдо и спокойно. — У тебя, возможно, сотрясение. — А на вопросительный изгиб правой брови Тимура, я тут же добавляю: — Я не врач, но я погуглила.
А я действительно гуглила. И, судя по тому, что выдал поисковик, симптомы и вид Горина могут вызывать лишь нехорошие подозрения.
— Тебе нужен постельный режим, а не кататься на машине по городу, — продолжаю я, пока Тимур молча слушает. — Не хочешь домой? Позвони друзьям, попросись к кому-нибудь. Ну или к своей девуш… — слова неожиданно застревают в горле, вызывая там неприятное покалывание. Прокашливаюсь и только тогда договариваю: — …ке.
Замолкаю и настороженно жду реакции от Тимура. Он задумчиво щурится, а потом лезет в карман штанов, доставая оттуда телефон.
