0
0Может быть твой папа любит тебя и просто не знает, как сказать об этом или показать свою любовь. Твое имя….ты ведь знаешь как оно переводится? Драгоценность. Это папа тебя так назвал.
Она смотрела на меня и по ее смуглым щекам катились слезы, а меня разрывало от жалости.
— Ты ведь тоже его любишь…
Она кивнула, а я подалась вперед и обняла ее одной рукой, привлекая к себе, чувствуя ладонью выпирающие косточки позвоночника.
— Ты говорила ему об этом? Говорила, что любишь его?
Отрицательно качает головой.
— Хочешь мы придумаем как ему об этом сказать?
Отстранила малышку от себя.
— Или подарим ему подарок… Не знаю. На какой-нибудь праздник.
— У… у…не-го, — Эрдэнэ тихо всхлипывала, — не-го день ро-ж-де-ни-я… ссскоро.
Так трогательно. Я бы в жизни не подумала о дне рождения такого человка, как Хан… наверное, потому что тогда надо было представить его ребенком, а мне было сложно это сделать.
— Вот… мы сделаем для него подарок.
Эрдэнэ отрицательно качнула головой.
— Он не разрешит нам общаться.
— Разрешит, — не знаю почему я это сказала с такой уверенностью, но я собиралась выдрать это право с мясом.
— Я знаю… знаю почему ты все еще здесь?"
"Вдруг сказала она и тронула мои волосы, пропустила между темными пальчиками.
— Ты красивая.
Я улыбнулась… хотела сказать спасибо, но девочка вдруг ткнула пальчиком мне в грудь.
— Вот здесь красивая. И он видит твои крылья… как и я. А у меня нет крыльев.
— Есть. Просто их видят другие, а не ты.
— Я злая. Так все говорят. Я — исчадие ада!
Я улыбнулась и убрала ее волосы назад на спину.
— Нет. Ты очень добрая и милая девочка. Мы найдем твои крылья и покажем их всем. Особенно твоему папе.
Эта поездка в три дня заставила его ощутить себя самым настоящим идиотом. Он набирал охрану по тысяче раз в день. Он постоянно смотрел в камеры и считал время, дни, часы. Договора о поставках золота лежат перед носом, а он тычет пальцем в смартфон, чтобы посмотреть, где она сейчас и что делает. До этого у Хана был обычный кнопочный телефон… пока он вдруг не понял, что ему необходимо видеть ее двадцать четыре часа в сутки.
Влетел в дом, сбросив на ходу куртку на пол, переступая через одну ступеньку. Прошел быстрым шагом мимо залы, к ней в комнату, где Ангаахай часто читала книги из его библиотеки, в которой он ни разу не был.
И замер как вкопанный, как будто его сзади ударили по голове и его выбило из реальности. Ничего более красивого и нежного он в своей жизни не видел никогда.
