10
0Запутаться еще больше!
Они себе навертеть в голове умеют похлеще, чем на прическе!
Слушать вообще не надо. Пытаться понять, себе дороже. Последнюю логику утратишь и еще свихнешься! Да….
Хотя и не для того они созданы, женщины эти, чтобы с ними разговаривать! Тем более, пытаться понять то, что логике не поддается! У них вообще. Губы и рот совсем для другого!
Но мне взгляда ее хватило.
Как вошел в кухню. А она… Черт! Так перепуганно шарахнулась в сторону!
Схватилась за свои сковородки, как будто от меня спасаясь!
Я что? Ее, что ли, сожрать тут собираюсь?
Хотя… Хм… Не без этого, конечно!
Мог бы и не слушать.
Но…
Глазища ее запредельные.
В них все видно. Так… По-настоящему. Так ярко и искренне!"
"Точно, как тогда… В номере моем… Я такой искренней естественности сто лет не помню!
Этим. Этим и зацепила.
Никакого в ней нет притворства!
Хотя… Тараканы какие-то странные, это есть… Может, даже и похлеще, чем если бы играла!
Но странное чувство она во мне вызывает.
Кроме того, что сожрать и заласкать ее до смерти хочется, хочется и обнять. Прижать к себе. Руки повыламывать всем, кто обидит и защитить от всего мира!
А он жесткий.
И…
Сам прифигел.
Но понял в этот момент, что и от себя даже защитить ее готов!
– Мммммм….
Даже зажмуриваюсь.
Откидываю голову назад. Прикрываю глаза.
Вкус еды тает на языке. Взрывается не хуже, чем вкус ее сладких губок!
– Садись и ешь, Таня!
Чего она мнется. Застыла, как изваяние. Чуть не шарахнулась к окну, как только отпустил.
Я что? Ее чем-то обидел? Или напугал?
Ни с кем еще в жизни не проявлял столько терпения!
А тараканов у сладкой Тани, вагон и еще стопятьсот прицепов!
– Садись, говорю!
Уже почти рявкаю.
Перепуганно смотрит.
Как будто и правда. Я ее сейчас на вилку с ножом подцепить собираюсь.
– Таня. Я не ем сырых девчонок! Тем более… Хм… В одежде!
Надо было условия выставлять!
Сказать, что она голой у меня по дому должна ходить!
Нет. Ну а что?
Я же должен хоть что-то получить, кроме пожара в штанах? Адского, между прочим! Такого у меня с подросткового возраста не было!
А ведет себя, как будто я ее вообще.
– Вот так. Хорошо. Успокойся. Наверняка же и сама ничего не ела.
Затихает.
Даже сопеть как паровозик перестает.
Нервно откидывает прядь пышных волос со лба.
Черт.
А мне хочется усадить к себе на колени. Заправить непослушную прядь за ухо. Дышать ее запахом. Проводить пальцами по сладеньким сочным губкам.
Ощутить, как она втянет этот палец… Чуть посасывая, проведет по нему своим маленьким. Розовым.
