2
0
– Ну, я понимаю, что его там нет. Дети у вас тут где-то в… э-э… в инкубаторе находятся…
– В каком инкубаторе? – изумленно вылупилась на него врачиха.
– Ну, я не знаю, как это называется… Я ж туда не лезу, да, я ж знаю, что туда нельзя. А к Виоле-то можно пройти? Я посижу с ней, а потом вы ребенка принесете, она ж кормить его должна…
– Кто должна, ваша Виола?!.. Ну да, вообще-то, должна…
Врачиха хотела что-то сказать, но не решалась. Вопросительно посмотрела на сестру, говорить или нет.
– Не кормит она ребенка! – Сестра оказалась куда более решительной. И даже агрессивной. – Его другая кормит!
– У Виолы что, молока нет?
– Да есть у нее молоко…
– Может, она грудь не хочет портить? – догадался Игнат.
– Ну, не знаю… Она вообще ребенка видеть не хочет!
– Как это так? – растерялся Игнат.
– Да вот так! Отказалась она от него!
– Мария Ильинична, хватит! – осадила сестру врачиха. – У многих женщин после родов случаются истерики, наблюдается неадекватное поведение…
– Не знаю, не знаю! Я уже сколько лет здесь работаю, но еще ни разу не видела, чтобы детьми швырялись. Даже алкоголички и те к своим деткам тянутся. Потом, правда, иногда бросают… А эта сразу! И видно, что баба не бедная!.. Молодой человек, а может, у нее не от вас ребенок?
– Как это не от меня? – ошалел Игнат. – От меня!
– Тогда не знаю… О, а вот, кажется, вашего ребе ночка несут! Куда вы, куда?
Врачиха и сестра грудью встали на защиту его же ребенка. Но когда нянечка занесла малыша в палату, смилостивились.
– Можете посмотреть. Только в палату не входите. Мы вам дверь тихонечко откроем, а вы посмотрите… И не дышите, а то от вас так пахнет!
Сестра заставила его надеть на лицо ватно-марлевую повязку. Все правильно, родильное отделение – не то место, где уместен перегарный дух.
Игнат чуть ли не на цыпочках подошел к палате, врачиха тихонько приоткрыла дверь. Игнат увидел, как ее малыша передают на руки какой-то девушке. Он бы сказал, милой девушке. Надо было видеть, с какой нежностью она брала его малыша, как влюбленно смотрела на него… Сейчас она даст ему грудь.
– Хватит! – сказала сестра и решительно закрыла дверь.
– А кто это такая? – спросил Игнат. – Ну, что за девушка?
– Оксана… Хорошенькая, правда?
– Ну, я, в общем-то, не разглядел…
– Что не разглядел, красивая она или нет? Эх вы, мужики, вам только красивых подавай… – осуждающе покачала головой сестра.
Сама-то она была в годах, и красавицей ее можно было назвать только из милосердия.
– У Оксаны душа красивая. Хорошая она… – женщина вздохнула. – У нее у самой малыш умер…
– Как умер?
– Да так. Ее какая-то стерва по животу стукнула…
– Какая стерва?
– Да уж не ваша, не волнуйтесь… Ой, что это я говорю! – спохватилась сестра.
А Игнат в самом деле подумал, что бедную девчонку могла ударить Виола.
