Мятежный

Ее руки истерически молотили по поверхности, Пэм хватала ртом воздух, заглатывая его вместе с водой. Она вопила, похожая на муравья в капле липкого меда, и хотя я знала, что она в конце концов все равно выберется оттуда, я наслаждалась тем, что впервые в наших отношениях именно ей приходилось извиваться.

Я присела на корточки, бесстрастно глядя на нее.

– Но знаешь, что самое ужасное?

– Джесси! – Вода снова попала ей в рот. – Джес-си! Пом-моги мн-не!

– Я не могу утопить своих демонов. Они умеют плавать.

Глава восемнадцатая

Бэйн

Я люблю тебя, но ты выбрала чертовски неподходящее время для звонка.

Как и все мысли, эти слова пришли в голову спонтанно, без причины. Они пронзили мой мозг, когда я ждал у кабинета Даррена Моргансена, дабы сказать ему, что благодарен за потенциальные шесть миллионов баксов, но я все же предпочту погрузить свой член в его падчерицу. Навечно. Проблема в том, что именно она мне и звонила.

И я только что сказал, что люблю ее.

Или, по крайней мере, так думал.

Да. Я так думал.

Нет, подождите, я в этом уверен.

Черт, я действительно люблю Джесси Картер.

Я влюблен в Джесси Картер.

Естественно влюблен, ты, маленький придурок.

Этим утром на своей обшарпанной кухне я знал, что не просто трахал Снежинку. Я убивал тем самым «Серф-Сити», потому что мне никогда не найти нужной суммы для инвестиций, и более того, я уничтожал самого себя, поскольку, черт возьми, я задолжал кому-то миллион баксов. И разве это не ирония? Я заработал себе на жизнь, поимев столько людей, но в конце концов один секс обошелся мне в миллион долларов.

Даррен открыл дверь кабинета и жестом пригласил меня войти, поэтому я проигнорировал звонок и не отправил его на голосовую почту. Впервые за долгое время мне не хватало уверенности в себе. На самом деле я по-настоящему нервничал. Не из-за того, что собирался разорвать сделку. Черт с ней. Но из-за того, что я задолжал кому-то такую сумму. Обычно это передо мной оставались в долгу, а не наоборот. Я знал, что смогу найти миллион, но не сразу. Мне понадобится как минимум двенадцать месяцев. Но никто не говорил, что Даррен согласится мне их дать.

– Как твои дела? – спросил Даррен, проводив меня в свой посредственный офис. Мне впервые пришла в голову мысль, что Даррен специально представлял все вокруг себя – и даже себя самого – так, чтобы производить впечатление безопасности и невинности. В моей голове загорелась красная лампочка. Динь-динь-динь.

Он никогда не носил дорогих костюмов.

Всегда сутулился и опускал подбородок.

Его губы. Его кабинеты. Его манера общения. Он казался слишком беспомощным.

– Пожалуйста, не делай вид, будто тебе не плевать.