Медведь

Не в силах сдержать нервный смех.

У меня сейчас точно будет истерика! Потому что ситуация за гранью. Девушка, от которой я без ума, в моей постели. Готова ко всему.

А я не могу себе позволить ничего… Вообще ничего. Потому что все будет неправильно.

— Я хочу тебя, — шепчет Кошка.

И начинает расстегивать мои брюки.

Мля…

Я, конечно, благородный рыцарь и не обижаю испуганных пьяных котят. Но, блин…

Я не железный!

30

МихейКошка возится с молнией на моих штанах. А я… Чувствую, как внутри сжимается тугая горячая пружина. Одно касание — и я сорвусь.

Если ее пальчики сейчас все же расстегнут молнию и я почувствую их на своем члене — все. Меня уже ничто не удержит. Я трахну этого испуганного пьяного котенка.

— Не торопись.

Убираю ее руки из взрывоопасной зоны.

— Я хочу просто сделать это, — упрямо бормочет Кошка. — И все.

Звучит так, как будто она говорит о какой-то неприятной медицинской процедуре. Которую хочется побыстрее пройти и забыть.

Да… в голове у моей девушки живут жирные отборные тараканы.

Ничего. Выведем.

Я переворачиваю ее на спину и нависаю сверху. Забрасываю ее руки за голову и удерживаю их своими — чтобы не шалила. Целую сладкие, пахнущие шампанским губы. Какие они мягкие и нежные… Как розовые лепестки. Она вся — как закрытый бутон.

Который я дико хочу открыть… лепесток за лепестком.

Так. Спокойно. Вдох-выдох.

— Ты так классно целуешься, — слышу удивленный шепот Юльки.

— Ты тоже, — шепчу в ответ.

— Я? — еще больше удивляется она. — У меня голова кружится. И ты кружишься. И все кружится…

— Пить надо меньше.

— Мне так стыдно, — бормочет Юлька. — Что ты обо мне подумаешь?

— Я подумаю, что ты трусливый маленький котенок.

— Я?

В темноте вижу, как она таращится на меня своими огромными глазищами. Они все еще испуганные. И ошарашенные.

А ее губы…

Я впиваюсь в них, совершенно теряя голову. Сминаю эти розовые лепестки, покусываю их, врываюсь языком в горячую сердцевину."

"Чувствую, как по телу проходят волны желания и — отзываются в теле Кошки. Она прижимается ко мне, я вдавливаю ее в матрас, мы движемся в одном темпе и дышим в одном ритме.

Поцелуй — вдох, выдох друг в друга, волны и дрожь.

Нежность. Горячая, ненасытная, плавящая одежду и кожу. Это уже почти секс. Но мы просто целуемся…

— Михей… — шепчет Юлька.

— Что, котенок?

— У меня так голова кружится…

— Закрой глаза.

— Они закрыты.

— Тогда открой.

Она снова таращится на меня в темноте.

— Тошнит? — спрашиваю я.

— Нет… просто…

— Что?

— Не знаю.

Дрожь ее тела отзывается во мне. Пружина сжата до предела. В моих объятиях — нежная, желанная, дикая и испуганная Кошка…

Я сейчас сорвусь…

— Поворачивайся на бочок и спи, — произношу я единственную правильную фразу.

Она поворачивается и закрывает глаза. Я обнимаю ее сзади.