5
0Однако больше никто не удостоился приглашения. Придворные толпились огромным кольцом, рассматривая королевскую семью и тихо-тихо шушукаясь.
Вряд ли обсуждали именно семейный обед. Скорее всего, на такие сцены люди насмотрелись ежедневно и ничего интересного в них не видели. Но Мария чувствовала дикое напряжение и от незнакомой обстановки, и от страха сделать что-либо не так. Ей казалось, что говорят и сплетничают только о ней. Между тем обед был обыкновенной рутиной, привычной и ежедневной для всех остальных.
Стол был богато сервирован нежнейшим расписным фарфором, тонким стеклом и золочеными столовыми приборами. Так же точно золотом отблескивали края тарелок и блюд, ручки супниц и салатников, высокие ножки ваз с фруктами и цветами и что-то еще невыносимо роскошное, вычурно драгоценное и величественно-парадное. Эта излишняя пышность и помпезность сливались в какую-то пеструю мозаику и не давали возможности рассмотреть отдельные детали.
Лакеи скользили по паркету совершенно бесшумно, по очереди склоняясь к участникам трапезы.
Мария пробовала новые блюда медленно, отказываясь от большей части просто потому, что желала свести к минимуму риск этикетной ошибки. Даже если бы сразу после обеда ее спросили, что она ела, ответить бы принцесса точно не смогла: вся еда ей казалась совершенно безвкусной и опасной."
"Слегка успокоилась она только к середине трапезы, начав прислушиваться к беседе, которую через стол вели король и королева. Тут она, кстати, смогла первый раз рассмотреть «отца».
Несколько нездоровое, обрюзгшее, желтоватое и отечное лицо. Оплывшая фигура и ссутуленные плечи. Руки, которые с легкостью перебирали столовые приборы, поражали белизной и обилием перстней. Королевский камзол лазоревого цвета подчеркивал болезненный оттенок лица и затмевал собственной роскошью не слишком представительного мужчину.
«Похоже, если они встанут рядом, королева-мать окажется сантиметров на десять выше мужа. Разговор они ведут достаточно спокойно, но главной в этой беседе кажется именно королева. Ее муж, похоже, ждет от жены одобрения каждому своему высказыванию.».
Хорошо было уже то, что с принцессами никто не разговаривал вообще. Родители беседовали только между собой, иногда с любовью обращаясь к сыну.
Чуть освоившись, Мария осмелилась поднять глаза на так называемого брата и заметила, что молодой человек ест с аппетитом, не слишком внимательно прислушиваясь к застольной беседе. Да и от самой Марии часть смысла этих переговоров ускользала.
— …остров Туридюр покрыт хорошим густым лесом.
