8
0
– Все-таки не твоя собака, – исподлобья зыркает на меня Лев. Победно, будто преступника поймал. – Зачем приволокла? – наконец-то, отцепив Боню от моей одежды, бережно прижимает лысую хохлатку к себе. Как большой папа – родную новорожденную малышку.
И поднимается, врезаясь в меня выжидающим морским взглядом.
– Не с кем было в общаге оставить, – лепечу, потупив взгляд, и лихорадочно сгребаю в комок ткань смятой, обслюнявленной юбки. Пытаюсь как можно аккуратнее расправить ее на коленях, случайно оголяю их – и тут же смущенно свожу ноги вместе.
Лев проходится по мне долгим, изучающим взглядом, возвращается к лицу и прищуривается, будто внезапно забыл суть нашего разговора.
– В общаге? – уточняет с недоумением и удивлением. – Какой еще общаге?
Зря проболталась. Чем меньше Царев знает обо мне, тем крепче… сплю я!
– Студенческой, – фыркнув, я выставляю ладони. – Так, верните мне Боню. Несите, в конце концов, свои брюки. И я побежала, мне еще на пары успеть.
То ли от моего громкого голоса, то ли от резких движений собачка вдруг подпрыгивает на попе, ударив хвостом по руке Льва, и ощетинивается.
– Не трожь, – вступается за мелкую зверушку огромный взрослый зверь. – Ты ей не нравишься, а я – очень даже, – дует ей в носик, а она лижет языком воздух, пытаясь дотянуться до мужчины. – Но страшненькая такая, конечно. Недаром говорят, что животные похожи на своих хозяев.
Качает головой, сканируя ничего не понимающую Боню, а потом нахально подмигивает мне. Собачка пользуется моментом: оставляет влажный след на подбородке Льва и слегка покусывает его.
– Фу, давай только без зубов, – морщится он.
– Это вам за вашу грубость! Бумеранг, – кручу пальцем в воздухе и вновь вызываю недовольство хохлатки.
– Будешь много умничать, я к тебе эту злюку запущу, – Царев делает шаг. – Бумерангом, – приятный смешок вновь вырывается из его мощной груди. На удивление хорошее настроение у него сегодня. Подозрительно.
Не знаю, чего боюсь больше: огромной фигуры маньяка, выросшего передо мной, или юркой, вредной собачки, которая так и норовит порвать на мне одежду.
– Нет, подержите, пока не успокоится. У вас лучше получается с ней ладить, – все-таки делаю выбор. Оставляю этих двух домашних хищников и дальше наслаждаться обществом друг друга.
Лев бархатно смеется, принимая мое поражение. Идет к кухонному шкафу, без труда открывает самую верхнюю дверцу, до которой я бы даже не допрыгнула, и достает большую кружку со своим именем. Видимо, подарок.
Не задумываясь, наливает в нее воды – и несет к столу вместе с Боней.
