13
0— Неужели он подбил клинья и к твоей…
— Военная тайна! — оборвал ее вспыхнувший Кутузов и продолжил: — Алексей Максимович, у этого парня великий талант! Может, он даже переплюнет…
— Уже переплюнул Сашин рекорд, — вставила Ермакова, гордо вскинув нос.
— А предрасположенность?
Никто не ответил, делая вид, что увлечены процессом буста. Все в комнате были ознакомлены с результатами теста. Все, кроме генерала.
— Вы издеваетесь⁈ — прогремел Кутузов. — Не томите!
— Сережа, тише… — усмехнулся директор. — У этого молодого человека предрасположенность ко всем существующим видам магии.
— Что за бред⁈ Вы в своем уме?"
"— Сережа, ты, конечно, генерал армии, но не забывай, с кем разговариваешь. — Добродушный тон Горького не изменился. Однако все почувствовали на себе колоссальное давление. Только на секунду, но директор напомнил, кто тут главный.
— Простите, Алексей Максимович, — склонил голову генерал. — Виноват-с. Но… Как же так?
— Сам не понимаю, Сережа, сам не понимаю… Но факт есть факт.
— Кстати, раз уж заговорили. Как там Саша? — спросил Кутузов, решив уйти со скользкой темы.
У Звездочета завибрировал телефон, и он не спеша ответил.
— Я слышала, Саша у северного пояса, — сказала Ермакова. — Хотя, зная его, долго он там не задержится…
— Сто лет его не видел… Повидать бы…
— ЧТО! КАК ДАВНО? — закричал Звездочет в трубку.
— Что произошло? — заволновались присутствующие.
— Беда, — произнес Звездочет и первым рванул к двери, потеряв всякий интерес к происходящему.
* * *
Сколько времени прошло в этом забвении? Бесконечный круговорот боли, который не давал даже секунды отдохнуть ни телу, ни духу. Даже Лора, мелькавшая у меня в сознании, не смогла отвлечь меня от страданий. По венам текла раскаленная лава. Плоть проворачивали через мясорубку, кости дробили молотами. Однако где-то на задворках сознания я понимал, что все пройдет. Надо перетерпеть. Ради силы.
Перед глазами проплывали смутные образы, но не было уверенности, сон это или явь.
Помню лицо Маши, которая поцеловала меня в щеку. Дима и Света в крови… Что происходит…
— Вы уверены, что он справится быстрее? — говорил кто-то, но я так и не разобрал кто именно.
Я погрузился в себя. Попробовал заглушить боль и посмотреть на свое вместилище. Времени было хоть ложкой черпай.
Кроме темноты и боли, поначалу ничего не было видно. Но потом постепенно передо мной начали появляться картины…
Наконец-то удалось увидеть вместилище энергии. Я не знал, была ли это игра воображения, либо мозг подобрал нужные ассоциации.
Я стоял на раскаленном белом песке, на берегу огромного моря. Вода была ярко красной, волны почти доходили до моих босых ног. Солнце приятно грело, легкий бриз давал небольшую прохладу.
