13
0Магические каналы трескались, не выдерживая настолько бурного потока энергии. Лишь вместилищу было нипочем.
А что если лишить его энергии? Пусть израсходует все до капли. Терпи, Миша, терпи…
— А ты смельчак, — услышал я голос генерала, но не ушами, а в голове, в мыслях. — Решил проверить, у кого раньше закончатся силы? Мальчишка! Она циркулирует по кругу!
Сука! Я просчитался! Вот откуда это странное ощущение: он вливал и забирал силу волна за волной.
— Слабоват ты батя… — одними губами прошептал я, едва не теряя сознание.
И тут все разом прекратилось. Боль резко исчезла, темнота рассеялась. В глаза опять ударил солнечный свет машиной квартиры.
— Машенька, что это за хре… молодой человек такой? — удивлялся Кутузов.
— Папа, я что тебе говорила по поводу твоих фокусов⁈ — Она уперла руки в бока.
— Хмм… но зато теперь мы знаем, что он не лыком шит, — довольно произнес генерал и похлопал меня по руке. — Отпускай уже, герой. Навоевался.
Я все еще сжимал его ладонь мертвой хваткой. Разжать судорогой сведенные пальцы тоже оказалось непросто.
— Теперь и познакомиться можно, — кивнул Кутузов и прошел на кухню, как ни в чем не бывало.
— Миша, — подлетела ко мне младшая Кутузова. — Ты как? Тебе не больно?
Как ни странно я не чувствовал никаких неудобств — будто бы мне сделали жесткий массаж, после которого тело только расслабилось.
— Я в норме, — покрутив руками, ответил я и поднялся.
— Что отца в этом доме даже чаем не угостят? — раздался издевательский голос с кухни.
— Пошли, Миша. Ты ему понравился, — хихикнула Маша. — Только смотри, не ляпни чего.
— Эх, а так хотелось…
Она быстро заварила чай, а я помог расставить чашки и сделать бутерброды. Отец скромненько сидел в уголке и с улыбкой наблюдал за суетящейся дочкой. На меня он тоже поглядывал — исключительно строгим взглядом, постоянно подкручивая седой ус.
— Ну-с, — произнес Кутузов, когда мы расселись за обеденным столом. — Рассказывай, кто ты есть будешь, мил человек. Только не ври. Узнаю.
— Михаил Кузнецов, баронет, — сказал я. — Неделю назад приехал в институт.
— Кузнецов… — генерал на секунду задумался. — Коневод что ли?
— Он самый, — улыбнулся я.
— Хмм… — многозначительно протянул он, пригубив чаю. — Ладно, Михаил. Не люблю кружить вокруг да около, скажу прямо. Моя Маша взрослая девочка, и сама может выбирать с кем ей встречаться, спать и дружить…
— Папа! — воскликнула Кутузова-младшая.
— Не перебивай, дорогая! — сказал он и одним махом выпил чашку чая. — Так вот. Не сомневаюсь, что она сможет выкрутиться из любой передряги, и в случае чего, справится с внезапно нахлынувшими… чувствами. Однако знай Михаил. Она у меня единственная дочь. И в обиду я ее не дам.
