Лед твоих объятий

– Бекки, ну что ты? Все же хорошо!

– Конечно, хорошо, – я согласно кивнула в ответ и улыбнулась. – Только я тут вспомнила, что у меня есть потрясающий комбинезон, а я его еще ни разу не надевала. Куда же я его убрала?

Я направилась в гардеробную, слушая, как мама тихо разговаривает с Шанти.

– Упрямая у тебя хозяйка, да, малыш? – спрашивала она. А мой арс с готовностью утвердительно тявкал.

«Маленький предатель!» – мысленно буркнула я. В ответ пришла волна возмущения, которая тут же сменилась обожанием, и мой зверюга мгновенно оказался рядом, мягко бодая меня своей тяжелой пушистой головой.

Вскоре я на ощупь нашла комбинезон, оделась, и мы с мамой спустились в сад.

Солнце приятно грело кожу, на деревьях весело щебетали птицы, воздух пряно благоухал цветами. Вечное лето Хроноса. Интересно, как долго мы с Тианом будем жить на этом острове? Мне почему-то казалось, что наш ребенок обязательно должен родиться в Сарте, в родовом замке Кимли. Нужно будет сказать об этом Тиану, когда он вернется. Ведь когда-то же он вернется?

– Бекки, мы с папой хотели предложить тебе пожить у нас, – отвлекла меня от размышлений мама.

– Спасибо, конечно, но нет.

– Ребекка, пойми, мы беспокоимся. Ты тут совсем одна, ни друзей, ни родных. И Себастиан все время чем-то занят. А дома тебе будет хорошо. И мы всегда сможем помочь.

– Мам, мой дом здесь. И Анна мне помогает. Но я благодарна вам с папой за поддержку.

– Дорогая, а тебя не напрягает общение с бывшей женой твоего мужа? – осторожно поинтересовалась мама.

– Знаешь, сейчас уже нет, – задумчиво произнесла я. – Мы с Энн поговорили, и этот разговор помог мне лучше понять Тиана и то, что было в его прошлом. К тому же рядом с Анной мне как-то спокойнее.

– Да, я заметила, что она на тебя хорошо влияет, и меня это, честно говоря, удивило.

– Вот видишь! – улыбнулась я и спросила: – Я так понимаю, вам пора уезжать?

– Папе нужно работать, – виновато ответила мамуля. – Но я останусь с тобой, – тут же добавила она.

– А как же твои книги?

– Подождут мои книги. Ты важнее.

Я ничего не смогла ответить. С самого детства я привыкла, что родным нет до меня никакого дела. Папа сутками пропадал на работе, мама всегда была в «творческом поиске», Мартин терпеть не мог, когда его отвлекали от учебы, и я постепенно поняла, что никому не нужна. Поначалу, конечно, меня это расстраивало, но потом я увлеклась двигорами, и боль притупилась. Небо заменило мне все."

"И вот сегодня, впервые услышав от мамы, что я нужна ей больше, чем дело всей ее жизни, я растерялась и принялась убеждать родительницу, что вполне справлюсь сама и ей вовсе не обязательно оставаться.

– Перестань, Бекки.