Лапочка

И они вместе с Лией, а матери всегда тяжелее дается страдание ребенка, снова переживают трудный этап в жизни. Потому что нет ничего хуже, когда у тебя отнимают самое родное.

В голове промелькнула мысль о Тате, и мне тут же стало мерзко. Ей отдавать родное не сложно, ради денег готова на многое, даже продать собственного сына. Сука, какой маразм. Какой же надо быть конченой! При том что проносила малыша у себя под сердцем долгое время!

- Ненавижу, - прорычал я, снова ударяя руками по рулю.

Ангелика бы точно никогда так не поступила! Я видел ее отношение к Мирославу, видел, как она трепетно и нежно о нем отзывается, как обнимает и с удовольствием занимается. И сын тянется к ней, а ведь дети все чувствуют, стоит вспомнить приход Виктории. Мирошка плакал, испугался и плакал, а вот Лапочка стала для него защитой, да и умом я понимал, что ему необходимо женское тепло. И обязательно, как только все разрешиться, я поговорю с девочкой обо всем, что касается нас, в том числе и о ребенке. Готова ли она брать на себя такую ответственность.

- О чем я только думаю, мне спасти их надо! Идиот!

Через час я остановился около загородного дома отца Татьяны, набрал Макса, и попросил его прислать мне номер мобильного девушки, чтобы я мог вызвать ее на улицу. Наслышан, что отец ее звезданутый на всю голову, и как бы там ни было, не хотел сейчас наводить шум, и получать лишние расспросы. Лучше поговорить здесь, чем заходить в дом.

- Слушаю, - произнес сонный голос в трубку, а я вспомнил, что в универе начались каникулы, а это значит, что золотая молодежь по ночам тусит, а отсыпаться тебе будет днем."

"- Это Булат Богословский. Объяснять кто я, думаю не надо?

- Булат? – удивленно переспросила она, уже более бодрым голосом. – Я вас слушаю.

- Я возле твоего двора, жду тебя в течение десяти минут. Не выйдешь, получится шум.

- Хорошо, сейчас.

Я отключился, и прикурил очередную сигарету, совершенно позабыв об их счете. Гадость редкостная, но так хоть немного я мог успокаивать свои нервы, ненадолго, но все же.

- Грек, как обстоят дела? – спросил я в трубку, решив не сидеть истуканом в машине.

- Булат, мы заметили подозрительную машину, окна за тонированные, понять кто именно там, мы не можем, но есть предположения, что там ребенок и девушка.

- А взрослая женщина? – внутри что-то оборвалось, а в душе появилась маленькая надежда, что это может быть Лапа с Мирошкой.

- Заметили, она вышла из магазина детских игрушек. Одетая в зеленое пальто и белую шапку.

- Черт! Это не мама!

- Но и на Викторию не очень похожа.

- В общем так, убедись лично, что в этой машине не моя семья, и если это так, то надо углублять поиски.

- Булат, неужели до сих пор не звонили? – голос Грека был тоже взволнованным, ведь он со мной приехал из Турции и сынишку полюбил с первых дней знакомства.