Кружевное убийство

От собственного «пролетарского» происхождения Снежана успела немного расстроиться, но тут же забыла об этом, растворяясь в поцелуе без остатка.

– Снежинка, звонила Мариночка Светлова, сказала, что у меня отрицательный результат анализа. Я же тебе говорила, что у меня нет никакого коронавируса. Ой! – Мама зашла в спальню, и Снежана с Зиминым отшатнулись друг от друга, но было поздно. – Простите, я была уверена, что в свою комнату могу заходить без предупреждения.

– Мамочка, это ты нас прости! То, что тест отрицательный, это просто отлично. А то я волновалась. – Щеки у Снежаны горели.

– Зато я за тебя совершенно спокойна, – заявила мама, повергая дочь в еще большее смущение. – Вы нашли сколок, как я вижу.

– Да, Ирина Григорьевна, – по-военному отчитался Зимин, только что каблуками не щелкнул, хотя у носков их и нет. Пожалуй, надо все-таки купить в дом мужские тапочки. – И, пожалуй, с большой долей уверенности могу сказать, что родственница ваша пока жива.

– Это прекрасно, но почему вы так считаете, Мишенька?

– Наш злодей не нашел карту, а ваша Татьяна Алексеевна, как я успел заметить, очень умная дама, и я уверен, что она все это время умело морочит ему голову. Он не убьет ее до тех пор, пока будет думать, что она скажет ему, где сколок.

– То есть ты считаешь… – медленно начала Снежана, он не дал ей продолжить.

– …что он ее где-то прячет. И ждет, что она все ему расскажет. Думаю, он заставил ее выйти из гостиницы и сесть в его машину под угрозой того, что иначе он убьет кого-то из вас.

– Боже мой, Таточка! – Мама залилась слезами.

– А теперь нам всем нужно очень хорошо подумать. Татьяна Алексеевна не может не помнить, что оставила сколок здесь. Но преступник пока не предпринял ни малейшей попытки сюда попасть, хотя он, похоже, мало себя контролирует. Из этого следует вывод: о том, что сколок в вашей городской квартире, она ему не сказала.

– Или сказала, но он ждет, пока я уйду в ателье, а мама останется дома одна! – побледнев, воскликнула Снежана. – Если он смог справиться с двумя пожилыми женщинами, то и третья для него не проблема.

– Я его не боюсь. – Мама гордо выпятила подбородок."

"– Ирина Григорьевна, попрошу не проявлять чудес смелости. Сейчас я вызову оперативников, и кто-нибудь из них останется с вами. Это не обсуждается.

– Еще как обсуждается, – не сдавалась мама. – А вы что будете делать?

– Мы спустимся поговорить с Лидой. Она наверняка знает, кто преступник и где он может прятать Татьяну Алексеевну. Или не наверняка, но мы хотя бы попробуем.

– Я с вами, – заявила мама непреклонно. – И вот это точно не обсуждается. А ваш оперативник пусть караулит нашу квартиру на тот случай, если этот мерзавец все-таки заявится за сколком.

Спорить Снежане не хотелось.