И не какой-нибудь стригой, а Марлен, тот, которого я пытала в проулке. Тот, который ненавидел меня, поскольку я опозорила его в глазах Галины. Его приставили караулить меня, и он явно скучал. Мое появление привело его в состояние шока.
В результате я имела эффект неожиданности, пусть совсем недолгий. Сначала я хотела просто врезаться в него со всей силой, но понимала, что он, скорее всего, поступит точно так же по отношению ко мне. Что он и сделал.
Поэтому я осталась стоять на месть, придерживая дверь. Он кинулся на меня, я сделала шаг в сторону и распахнула дверь шире.
Мы боролись в ограниченном пространстве. Больше всего мне повезло с тем, что Марлен был совсем молодым стригоем. Что неудивительно – Галина хотела, чтобы ближайшие приспешники полностью находились в ее власти.
Марлен нанес мне два удара, один в опасной близости от глаза, а второй в живот, отчего у меня на мгновение вышибло дух. Но в основном я успешно увертывалась от его ударов, что, похоже, разъярило его. Чтобы тебя, стригоя, одолела в схватке девчонка-недоросль… В какой-то момент я даже сумела сделать ложный выпад, а потом неожиданно ударила ногой – что оказалось легче, чем я ожидала, в длинном-то свитере, – отбросив его на несколько шагов.
Тяжело дыша – я еще не полностью восстановила физическую форму, – я попятилась. Если он знает код, то все без толку. Спустя мгновение дверная ручка повернулась, но дверь не открылась.









