Он нанес ей удар, но недостаточно сильный, чтобы отшвырнуть далеко. В этот момент мы с Артуром навалились на него, с силой прижав к стене. Ответственный голос у меня в голове – подозрительно похожий на голос Дмитрия – предупредил меня, что сейчас самый подходящий момент убить стригоя. Он был открыт, и в руке я держала кол. Если мой безумный план допрашивать стригоев провалится, гибель остальных будет на моей совести.
– Помогите нам! – закричала я."
"Тамара бросилась на стригоя, нанеся ему быстрый удар в живот. Я почувствовала – еще миг, и он стряхнет нас, но тут включился Денис.
Стригой продолжал выворачиваться, но я с удовлетворением отметила, что теперь, когда мы удерживали его впятером, ему не вырваться.
– Ты знаешь Дмитрия Беликова?
Он выкрикнул что-то непонятное для меня, но прозвучавшее отнюдь не дружелюбно. Я сильнее вдавила кол и сделала длинный разрез на его горле. Он закричал от боли и продолжил ругаться по-русски, злобно сверкая глазами.
– Переводите! – потребовала я. – То, что я сказала.
Денис произнес что-то по-русски; надо полагать, мой вопрос, поскольку я услышала имя Дмитрия.
– Он говорит, что не собирается играть в наши игры.
Я резанула колом по его лицу, расширив рану, которую Денис нанес ему раньше. И снова стригой вскрикнул. Я мысленно взмолилась, чтобы охрана клуба ничего не услышала, и одарила стригоя улыбкой, исполненной злобы.
– Скажи ему, что мы будем играть в свои игры, пока он не заговорит. Так или иначе, сегодня ночью он умрет. Ему выбирать, произойдет это медленно или быстро.
Я сама едва верила, что произнесла эти слова.
В конце концов он разразился потоком слов, которые не звучали как его обычные оскорбления. Денис тут же перевел.
– Он сказал, что никогда не слышал ни о ком с таким именем, и если Дмитрий твой друг, то он убивал бы его медленно и мучительно.









